Она молча наблюдала за тем, как для неё поставили плашку с тюремным варевом. Пренебрежительно морщась, она съела это, стараясь не вникать в скабрезные шутки стражников, которые вдвоем играли в кости. А капающая откуда-то вода и мерзкий храп соседей, как и тогда, начали доводить Амели до исступления.
Её новый сосед явно тяжело болел, а потому иногда срывался на жуткий кашель. Пару раз они обсудили что-то совершенно незначительное. Амели силилась понять какую роль он имеет в её жизни и почему была заменена та женщина. Ведь Таллин казался совершенно обычным, что было странно.
К вечеру пришли письма от двух младших братьев. Молодые люди выражали горечь о совершенных Амели преступлениях и просили признаться, обещая простить нападение на отца. Оба заявили, что условия содержания точно улучшатся, если она повинуется закону.
Лицо Амели казалось окаменело от глухого раздражения. Она провела пальцами по написанным строчкам и отдала бумагу обратно.
- Я ни в чем не виновата. Передайте матушке и братьям, что они ошибаются.
Амели отошла от решетки, всем видом давая понять, что разговор закончен и царственно уселась на грязный пол.
Когда стражник ушел, она продолжала безучастно смотреть в стену и думала, думала, думала и думала.
Камень вокруг давно вытянул имеющиеся крупицы магической силы. Сырая обстановка, отсутствие воды и дрянная пища сильно сказывались на физическом состоянии. Ментальное же состояние было остро как никогда и она просчитывала любой ход событий.
- Госпожа Дан Кай,- позвал её мягкий тембр и девушка подняла голову, силясь рассмотреть фигуру.
- У вас минута,- заметил стражник.
- Приветствую,- Амели тут же поднялась.
- Я Дорн Ведар, помощник господина Дрейквода Небироса. Мне передали, что вы просили меня в поверенные, но род Дан Кай отказался. Господин передает Вам, что лично разберется в ситуации, но временно не выполняет обязанности главного дознавателя. Господин Небирос просит Вас не отказываться от пищи, ожидать и не признавать вину за то, чего не совершали.
- Я поняла,- кивнула Амели,- Благодарна за его помощь и желаю скорейшего выздоровления.
- Мы добились регулярных посещений, поэтому я приду снова через три дня. Постарайтесь продержаться это время и не принимайте опрометчивых решений.
- Время,- приказал стражник.
Помощник поклонился и удалился, а в груди Амели засвербела горечь.
Следующие два дня она по-прежнему ела и старалась сохранять силы. Те пять дней в темнице она ни разу не притронулась к каше или супу, но в этот раз пересиливала себя. Бывали приемы пищи и похуже.