- Ломают даже уверенных и незыблемых.
Амели покачала головой, усмехаясь.
- И тебя сломали?
- Нащупали четыре очевидных слабости.
Амели вздернула брови, не ожидая услышать такой ответ.
- Одну из своих слабостей ты собираешься подложить под незнакомого человека.
- Он вполне знаком. Вы уже виделись.
- И? Когда? Кто он?
- Ты сказала, он интересный.
- Каким тоном я это произнесла? Обычно, когда я говорю: «Интересный» - это значит, что человек очень странный. Как его зовут?
Мужчина неопределенно пожал плечами, явно не желая продолжать разговор.
- Где я его могла видеть? - На балу.
Амели глубоко втянула носом воздух, чувствуя накопившееся раздражение.
- На каком? Я все должна выуживать? - На твоем совершеннолетии, Амели. - Поэтому ты стащил туда половину столицы? Незаметно показывал меня будущему хозяину? - Почему хозяину? - Пап, просмотри на меня.
Отец перевел на неё тяжелый взгляд, ожидая подлянки.
- Если представить, что я все еще маленькая девочка лет пяти. Сказал бы ты, глядя мне в глаза, что через тринадцать лет, меня в гробу чуть не съедят крысы, а потом ты заставишь меня участвовать в перевороте власти?
Отец промолчал, отворачиваясь.
- Прости,- все таки ответил он через несколько секунд.
Путь прошел гладко и к вечеру они прибыли к новому поместью. Настроение отца испортилось примерно за час до прибытия, когда один из солдат что-то передал. Отец старался не подавать виду, что его это забеспокоило, но все равно было заметно, что сидел он как на иголках. А перед воротами и вовсе принялся барабанить пальцами по сидению.
- Господин, там…- поклонился ему солдат у входных дверей.
Ровен махнул рукой, морщась и солдат поспешил открыть.
За поворотом направо находилась малая гостиная, куда отец сразу же повернул и Амели заинтересовано зашагала следом, замечая выстроенных, как на смотр, солдат.
- Мама!
Женщина одетая в дорожный костюм для верховой езды, сидела перед ровными рядами солдат и деловито разглядывала их, скрестив руки.
Госпожа Дан Кай спокойно поднялась, с ледяным взглядом оглядывая мужа и дочь. И Амели вдруг смутилась, переживая, что мама подумает будто она с отцом за одно.
Втроем они поднялись в кабинет на втором этаже и уже там госпожа начала говорить, убедившись, что их никто не услышит.
- Ровен. Зачем ты выкрал нашу дочь?
- Катарина.
Амели присела на диван, готовясь стать свидетелем серьезного разговора и решила сходу поддать жару.
- Он хочет подложить меня под незнакомца и свергнуть власть.
- Неужели?
Эту битву взглядов между Катариной и Ровеном выдержал бы не каждый и Амели поежилась, но быстро взяла себя руки, приняв деловитый вид.