Он намеренно озвучивает всякую очевидную ерунду, которая пусть и может принести какие-то деньги, но уж точно не походит на настоящий бизнес.

Для настоящего бизнеса у него есть куда более прибыльные и менее ресурсозатратные идеи…

— И в этих производственных кооперативах будут работать наши, — сказал Директор. — Те, кто вернулся с Афгана — проверенные люди.

— Хм… — задумчиво хмыкнул Орлов.

— К гражданским у меня доверия нет, — добавил Директор. — Они всё портят и слишком много ноют. Наши ныть не будут и им можно доверять.

— Хм… — снова хмыкнул Геннадий. — Попахивает от этого нехорошо…

— Ещё раз говорю — если я неправ, то это всё ерунда и я просто прекращу барахтаться, — улыбнулся Директор.

Но он знает, что прав — он уже переживал всё это, когда-то давно.

— Да, звучит амбициозно, — сказал он. — Но нужно готовиться, пока не стало слишком поздно. А для этого нужны деньги и люди. Кстати, то, что болтают об Эдуардовиче — в этом есть хоть доля правды?

— Никто не знает наверняка, — пожал плечами крепко задумавшийся Орлов. — Москва со мной не консультируется.

Ходит слух, будто генерал-майора Воскобойникова скоро отправят в Союз, с повышением, а на его место поставят кого-то из заместителей. И генерал-майор Гаськов в числе перспективных кандидатов.

У КГБ есть свои метрики оценки результативности работы и Гаськов, очевидно, их существенно превышает — у него и ХАД начал проявлять какие-то обнадёживающие признаки эффективности, и целых три кишлака начали поддерживать режим Кармаля…

В самом худшем случае, новым руководителем Представительства назначат кого-то из основных заместителей, то есть, первого заместителя, заместителя по контрразведке или заместителя по военной контрразведке, а Гаськова поставят на освободившееся место.

Поэтому он сейчас в Москве — вылетел консультироваться с начальством и щупать почву. Если докажет, что соответствует должности руководителя, то его поставят, и всё у него будет очень хорошо.

— Но скоро мы узнаем, — улыбнулся Орлов. — Если его назначат руком… У-у-у…

— Узнаем, — кивнул Директор. — И я прошу не сообщать о нашем разговоре руководству. Могут понять неверно.

— Я всё понимаю, — ответил Геннадий. — Я — могила.

— Хорошо, тогда вернёмся к деньгам, — слабо улыбнулся Директор. — В кишлаке Харо у нас заседает целый совет — четверо старейшин и один мулла. Нужно заранее узнать, можно ли туда провести электричество и привезти оборудование для бурения.

Для закрепления лояльности присоединившихся кишлаков, Директор выработал простое решение — помимо электричества, которое подвести не является серьёзной проблемой, он предложил решать проблемы с водой.