А ведь магия — это язык мироздания. Он может менять физические законы реальности. Иными словами язык программирования, где желаемый результат зависит лишь от твоих знаний и мастерства.

Энергия для физических способностей работала по схожему принципу. Если правильно направлять её внутри тела, правильно стимулировать мышцы, можно добиться потрясающего результата. Заячий бег , действующий пока у тебя хватает энергии, а не всего лишь 20 секунд? Пожалуйста. Главное — знать как.

Я активировал одно заклинание за другим, пытаясь понять и прочувствовать, что происходит с моим энергетическим центром в мозгу. Как именно течёт мана к рукам. Какое плетение создаётся автоматически после мысленной команды.

С уже изученными спеллами пока не сложилось. Зато мне удалось добиться скромных успехов — воссоздать защитный барьер, который я призвал в бою с Аларис. Мерцающий сумрачный щит, готовый поглотить хоть стрелу, хоть нож, хоть файрболл.

Я потерял счёт времени и очнулся, когда понял, что дико хочу жрать. Не есть, именно жрать. Уставший, мокрый я добрался до столовой, что находилась ближе всего к выделенным для Стальных Крыс комнатам. Здесь ужинала большая часть клана.

Не успел я сесть за стол, как шутки посыпались со всех сторон.

— Это что такое? — улыбнулась Аврора, кивнув на моё ухо.

— Уголёк — законодатель моды, — прыснул Деймос. — Это все знают.

— Наш мальчик стал совсем взрослый! — смахнула фальшивую слезу Чучундра. — Уже уши проколол!

— Каждый подросток должен совершить акт протеста против родителей, — глубокомысленно заметил Маджестро.

У-у-у, предатель!

— Ну, может, у дроу так принято, — наигранно пожал плечами Смоккер. — Кто мы такие, чтобы лезть в чужой монастырь со своим уставом? — его голос прямо лучился ехидством.

— Вы всё? — ровным голосом поинтересовался я.

— Нет-нет, погоди, — замахал руками Волчок и попытался изобразить бас. — Сынок, не дай Бог, я сейчас выгляну в окно и не увижу твой корабль!

По столу прокатился сдавленный хохот.

— Я собирался раздать всем пряники, — буднично заметил я, — но вижу вам не до того. Придётся эти эпики в одно физлицо раздербанить, — тяжёлый вздох завершил фразу.

— А я всегда говорила, что у нашего храброго лидера безупречный вкус в эквипе, — похлопала ресницами Мелисса.

— Во-во, в яблочко! — громыхнул Хрумыч.

— Я прямо сейчас готов нацепить такую же хреновину! — честными глазами посмотрел на меня Баллистик.

— А я — две! В каждое ухо! — прогудел Клаус.

— КунЛун, — я изобразил стариковскую надтреснутость в голосе, — ты у нас был хорошим мальчиком и меньше всех выступал, а потому Санта-Гвинус принёс тебе подарок. Держи.