— Надеюсь, что он настанет… — уже в спину мне донёсся её приглушённый голос.

В противостоянии Буревестникам прошло больше недели. Я смотался к их замку и оставил несколько посланий. Хорошей возможности для атаки на оставшиеся объекты так и не представилось, поэтому нам пришлось изменить стратегию.

Трижды мы ловили вражеских бойцов. Дважды вне городов, и один раз — в Вальденлоу. В последний раз на дело пришлось пойти мелкой группой — я, Финка и Лесник. Последний нужен был больше для контроля и ему запрещалось вступать в бой, поскольку он не смог бы уйти в стелс по его завершении.

Разбойники, уходящие в охотничьи классы типа рейнджеров, мистических лучников и повелителей зверей теряли стелс, получая вместо него маскировку, которая работала лишь в неподвижности.

Буревестники как с цепи сорвались и прочёсывали каждую локацию, деревеньку и город в поисках Стальных Крыс.

Дважды я натыкался на заготовленные для нас ловушки. Один раз успел остановить нашу атаку, зато во второй мы почти потеряли Клауса. Минотавру оторвало ноги магией, и он едва не истёк кровью. Он потерял сознание и не был способен заняться самолечением. Мы успели сбежать, положив несколько чужих бойцов, и доставить здоровяка к хилеру.

По Виашерону поползли слухи — сообщество игроков увидело, как мы надираем Буревестникам зад. Это, естественно, подняло наш авторитет, немного облегчив нам жизнь.

У нас появилось ещё три новых соклана, которых Фурия проверяла буквально под микроскопом. Я болтал с ними, кажется, больше часа, снова и снова задавая неудобные вопросы, давая ей время ощутить их мысли.

Хрумыч — Тролль, берсерк. Кровожадный и охочий до драки мужик, как и положено его классу. На Земле он занимался ММА, но даже контактный бой в реале не давал ему нужного градуса азарта и жестокости. Поэтому и пошёл в Виашерон — ради возможности отвести душу.

Газазель — Кенку, чернокнижник.

ЛисаАлиса — Кенку, призрачный бродяга.

Уже сложившаяся пара. Познакомились они на этой стороне и всё это время выживали вдвоём. Парень попросил называть его Газом и очень оберегал свою спутницу. Несколько раз я замечал, как он норовит закрыть её от других сокланов. Алиса поначалу больше молчала, сделав конкуренцию в этом деле КунЛуну, но постепенно раскрылась и стала вступать в беседы.

В один из дней я оставил заказ мастеру-кузнецу Шардрину, который выковал мою скорпионью цепь, на небольшой артефакт. Моё поручение заинтересовало его, поэтому обошлось без ругани. Почти. Работа должна была занять несколько дней.

Дело в том, что события последних суток показали, что гроздь колец для мыслеречи, висящих на шее, это ни хрена не удобно. Они бренчали, раскачивались на шнурке, отвлекали, но, что хуже всего, попробуй отыщи в этой куче нужный экземпляр, когда, наконец, поступает вызов.