Герда поджала губы, не разделяя его шутливого настроя. Она переломила маисовую лепёшку и передала её Ноэлю. Тот повторил за ней и вручил лепёшку Финисту. Прожевав её, они выпили крепкого янтарного виски с каледонских гор.
– В море он хранится лучше, чем вино, – пожал плечами Ноэль. – К тому же, это поминальный напиток авалорцев.
– Мы могли бы взять на рынке больше вина, – не преминул поддеть его Финист. – Оно ничуть не хуже норикийского.
Ноэль почесал за ухом.
– На здешнем солнце вызревают даже самые прихотливые сорта винограда. Наши виноделы озолотились бы, если разбили здесь виноградники.
– Но Гундигард – нейтральная земля. Она принадлежит местным племенам, – возразил Герда.
– Да, риск многих останавливает. Поэтому виноград есть, а приличных виноделов днём с огнём не сыщешь, – протянул Ноэль. – Уж лучше виски, чем здешний забродивший пересахаренный сок.
– Я же говорю, избалованный принц, – рассмеялся Финист.
– Давайте лучше истории рассказывать, – предложила Герда.
Ноэль с готовностью уступил место Финисту. Тот взял оставленную в углу гитару.
– А как же флейты? – удивилась Герда.
– Гитара солиднее, и под нее можно петь. Мне нравится звучание. А как мёртвые относятся к музыке?
– Один из хозяев подземного мира, Повелитель Безумия, очень любил музыку и виртуозно играл на гитаре. Мы имели честь его слушать, – улыбнулась Герда.
– Что, даже лучше меня? – притворно обиделся Финист.
– Я же слышала только твою флейту. Но будь уверен, в сочинении песен он мог с тобой посоперничать.
– Не буди во мне ревность, детка, – Финист перебрал струны пальцами, извлекая бодрые аккорды.
– Соревнования с богами ничем хорошим не заканчиваются, – покачала головой Герда. – Знаешь какую-нибудь поминальную песню?
1573 г. от заселения Мунгарда, побережье Гундигарда
Из-за выпитого накануне виски Герда чуть не проспала утреннее построение. Едва натянув на себя штаны и рубашку, она со всклокоченными волосами выбежала на палубу.
Перед Ноэлем вытянулась по стойке смирно команда «Эребуса». Неодарённых среди них было немного: в основном бывалые моряки, снискавшие доверие Сумеречников.
Гейрт служил кормчим. В картах и навигации он разбирался не хуже, чем в шпионаже. За боцмана был косматый Жюльбер из знаменитого норикийского клана оборотней Лугару. Волчьими повадками он походил на бравого Мидрира.
Сердце заныло от воспоминаний, как Флавио вместе с подельницей несколько раз вонзили в него нож. Николас сказал, что он не выжил.
Джодок, потерявший побратима Белуса, хоть и выглядел осунувшимся и отстранённым, но всё равно ловко лазал по мачтам и пользовался всеобщим уважением, как часовой в вороньем гнезде. Его напарником был юный и гибкий Лиин, который раньше руководил беспризорниками Ловонида.