И это было не так, что запустил процесс и сидишь, ждёшь, пока он закончится. Это была работа на истощение. Несколько раз Клариса сбегала, не выдерживая. Несколько раз я сам её выносил, когда она теряла сознание.

Мне же попроще было. Но не то, чтобы сильно.

В меч я вложил всё, что знал. Всё, что умел. И смог его вывести на легендарный уровень.

Простой взмах клинком отныне был способен разрушить здание. Усиленный удар — уничтожить квартал. Я создал воистину что-то опасное и невозможное.

Но впереди была самая сложная работа. Требовалось создать то, что поможет снять крылья с дочери.

— Натворили мы дел. — прошептала Кларисса, когда выбрались под открытое небо.

Подтверждая её слова, гора сзади нас осела.

— А мне здесь нравилось, — грустно вздохнула женщина.

— Что дальше?

Впереди нас уже поджидали. Несколько сотен человек. Кто-то подал сигнал и, я уверен, вскоре соберется ещё больше.

— А дальше нам надо отделаться от всех, кто захочет забрать артефакты.

— Там всего один комплект брони и меч. Их ещё закаливать в деяниях надо.

— Не будем здесь про это.

Один комплект под заказ, мои артефакты и инструменты, которые останутся у Клариссе. С помощью них она сможет работать раза в два эффективнее. Небольшое значение, если не учитывать, что она и так одна из сильнейших артефакторов современности.

— Эй, народ! — вышел я вперед, — Будете доставать меня или мою наставницу — уничтожу нахрен!

Толчок волей и собравшиеся дружно падают на задницу.

— До встречи, — попрощался я с Клариссой, на что она только головой покачала.

В её глазах я заметил облегчение от того, что «ученичок» сваливает.

Возвращаться домой — всегда тяжело. Особенно тяжел момент, когда ты в пути и ещё не знаешь, всё ли в порядке. Встретят тебя близкие или руины. Что услышишь первым — рассказы о рутинных делах и достижениях или списки погибших.

Я вернулся на перекресток и увидел, что ничего не изменилось, за исключением появления нескольких пунктов досмотра у граней. Уже хорошо.

Через минуту я был у себя дома.

Дочь изменилась. Подросла, прибавилось волос, они стали гуще. Ещё она научилась ходить. Пока неуверенно, но я застал тот момент, когда она шла к маме. Саша стояла на коленях, протянув к ней руки, готовая в любой момент поймать.

Когда я появился, дочка обернулся, увидела меня, несколько секунд заинтересованно смотрела, а потом улыбнулась.

— Эрнест? — обернулась и Саша, — Ты вернулся?

— Как видишь. Арсея, — я тоже опустился на колени и вытянул руки.

Дочка, улыбнувшись ещё сильнее, побежала ко мне. Чуть не упала, но я подхватил её и удержал.