И все эти два месяца я не верил, что увиденное — то единственное, что может дать погибшая цивилизация. Но вера или неверие это одно, а действия — совсем другое. Своё неверие я обращал в поиски и развитие. Пытался по потокам энергии и воли понять, нет ли здесь ещё проходов.

Проходов не было.

А вот темное, пустое пространство, отделяющее это место от следующего — я отыскал. С чем был связан нешуточный риск. Чтобы перебраться через это пространство, я поставил на кон свою жизнь. Оно уничтожало. Разъедало самый крепкий щит из воли и магии. Единственная причина, почему я выжил — это скорость.

Она же стала ключом к тому, что я нашёл на той стороне.

Когда-то давно, в начале пути искателя, я проходил через испытания. Они давали возможность повысить какие-то характеристики и получить награду. Так я получил Зевса, свою птицу. Которую, к своему стыду, снова забросил. В этих путешествиях ему просто негде было развиваться.

В одном из испытаний мне надо было пройти лабиринт. Куб, который имел несколько слоёв и постоянно трансформировался. Чем-то увиденное напоминало тот куб. Только в миллион раз сложнее.

Когда я перешёл черту, то не сразу понял, что именно вижу. Это походило на серую стену, с черными разводами. Потребовалось несколько минут, чтобы осознать… Это была не стена, а множество мельтешащих элементов. От того, что вглядывался в них, разболелась голова и я зажмурился, давая мозгу отдохнуть.

Чертовщина…

— Но будь я проклят, если не узнаю все твои секреты… Чем бы ты не было.

Когда головная боль ушла, я снова рискнул посмотреть на мельтешение. В этот раз продержался дольше.

Мой навык адаптации — это не только системная возможность, но и большой опыт в этом деле. Трудно подсчитать, сколько раз, сколько дней и месяцев я провёл в том, чтобы научиться адаптироваться к разным стихиям, угрозам и условиям.

То, что открылось передо мной — было всего лишь ещё одним шагом на пути развития этого мастерства.

Через час я уже свободно мог глядеть на пелену, замечая в ней множество деталей. Которые постепенно складывались во что-то конкретное.

Так продолжалось до тех пор, пока из разрозненных частиц не собралась тень и… не метнула в меня лезвие.

То, что это была атака, я понял постфактум, когда плечо обожгло холодным огнём. Сам удар я не заметил. Тень появилась и в следующий миг я уже был ранен.

Броню пробило, как будто её и не было.

Пугающая и… интригующая мощь.

Из-за вспышки боли я потерял концентрацию и тень исчезла. Так значит, да? Ну сами напросились.

В этом месте не было разнообразия противников. Оно также увеличивало силу давления по мере того, как я продвигался вперед. Чтобы сделать шаг — надо было разогнать восприятие и увидеть в мельтешение какие-то объекты. Я так до конца и не понял, что это… Я путём наблюдения формирую что-то или это что-то есть и так, а я всего лишь учусь это замечать.