Выражение лица офицера при виде полицейской бляхи тут же изменилось: нападение на полицейского при исполнении — это достаточно тяжелая уголовная статья и соответственно серьёзное происшествие на борту. Никакого желания взваливать на себя этот геморрой у безопасника явно не было. Впрочем, он быстро сориентировался, кивнул матросам, те рывком подняли дебошира — нос у того на проверку оказался расквашен действительно достаточно качественно — и подхватив под руки вывели из помещения.
— Офицер Сом, — представился безопасник, когда основная часть представления подошла к концу, вновь заиграла музыка, а танцующие вернулись к своему занятию. — Вы действительно при исполнении? Собираетесь подавать рапорт и выдвигать обвинения против этого…
Сом сделал неопределенное движение рукой, в направлении выхода.
— Я действительно в командировке, — кивнул Виктор, вытаскивая из внутреннего кармана папиросу. Ресторан был одним из немногих помещений на пузыре, где позволялось курить. — Не переживайте, офицер, лишние хлопоты мне не к чему. Перебрал человек, получил по лицу — дело, можно сказать, житейское. Посидит в карцере до утра остынет, и пусть ему. Упоминать это происшествие в рапорте я не буду.
— В таком случае, благодарю, — офицер Сом расплылся в облегченной улыбке. — Не буду мешать вашему отдыху.
Развернулся на каблуках и отправился вслед за подчиненными.
Найден докурил папиросу, тщательно затушил ее в специально отведённой для этого дела чаше — легкое опьянение от впрыска адреналина к этому моменту полностью сошло не нет, оставив после себя только тяжесть в голове — и пошел спать в каюту.
— К четвертованию…
Все естество Виктора от пяток до макушки затопило отчаяние, сердце казалось сейчас выпрыгнет из груди.
— Нет, что вы делаете⁈ Какого хрена?
Найден, глядя на приближающего мужчину с топором, собрался с силами… И проснулся.
Иногда так получалось, что он осознавал иллюзорность происходящего вокруг, понимал, что ему это снится, и находил в себе силы вырвать сознание из отвратительно-заезженного и столь тяжелого для него сюжетного действа.
Полицейский вдохнул-выдохнул и некоторое время лежал с отрытыми глазами глядя в нависающую над ним верхнюю полку, где тихонько в две дырки сопел стажер. Через меленький круглый иллюминатор внутрь каюты попадали первые утренние солнечные лучи, окрашивая темное пространство в сероватые тона. Ради пожарной безопасности никакого освещения внутри жилых помещений не предполагалось, и днем можно было рассчитывать только на естественное освещение, а ночью на лампы, установленные в коридоре. Не слишком удобно, но на одну ночь сойдет.