А вот Пьера в топе я вообще не обнаружил. Зато посередине списка попался Комаров. И почему мне казалось, что он сделал всё, чтобы на этом месте окопаться и не привлекать к себе лишнего внимания?

И какое место мне занять самому?

От размышлений меня отвлекла Микаэла.

— Знаешь, я пока подумаю, — сказала она. — Пока кроме базового обслуживания ничего и не требуется, в общем. А с ходу влезать в такие серьёзные отношения я не готова.

Чёрт, сорвалась. Ничего. Я терпеливый. Хотя… если судить по хитрым огонькам в глазах, Михалыч задумала попытаться взломать систему. Ну, успехов… Ал её встретит с распростёртыми объятиями. И очень сильно разожжёт её любопытство, если я хоть что-то понимаю в женщинах. А любопытство сгубило не одну кошку, не говоря уже о людях.

— Конечно, я всё понимаю, — заверил я девушку. — И подумать, и посоветоваться со старшими…

А старшие часто стоят гениальной молодёжи поперёк горла. И Старки, которые платят за её обучение, вряд ли обрадуются таким новостям… Что перевесит — подростковый бунт или чувство ответственности перед потенциальным работодателем? Что-то мне подсказывало, что — второе.

Впрочем, никто не обещал мне, что будет легко.

Бросив прощальный взгляд на «Палача», Микаэла покинула ангар. Я чуть не заработал косоглазие, пытаясь одновременно и смотреть на невесту, и провожать взглядом удаляющуюся попку.

Мог бы не стараться: Снежана Медведева хмуро разглядывала мой мех. Видимо, требование Михалыча не ругать это сокровище произвело на неё впечатление, и теперь она пыталась сообразить, что же такого в нём нашла гениальная ремонтница.

Кроме чисто археологических пристрастий.

— Она сказала, что внутри что-то другое, — припомнила Снежка. — Что именно?

— Прости, дорогая, это секрет, — отозвался я, поморгал, возвращая фокус зрения на невесту — Микаэла уже исчезла в коридоре.

— Для меня⁈ — возмутилась Снежана.

— Даже для тебя, — непреклонно ответил я. Дождался негодующего «Фыр!» и пригласил пройтись до столовой. — А то я с самого прибытия ещё крошки во рту не держал, — делать глазки, как у голодного кота, у меня всегда получалось неплохо.

Иногда, правда, приходилось об этом жалеть, если эти глазки видела какая-нибудь строгая бабушка…

Снежана Медведева тяжело вздохнула.

— Пошли, провожу. С голодными мужчинами вообще невозможно иметь дело.

Она думает, сытым я стану более покладистым и всё выложу? Ну-ну…

До столовой мы не дошли.

За очередным поворотом коридора я обнаружил толпу. Ну как толпу… Около десятка здоровых лбов, не отягощённых моралью и финансовой независимостью. И все как один — в масках и балаклавах.