Стоило задуматься над тем, чтобы заказать доспех точно под себя. А то у местной брони слишком много дыр было, куда можно пробить. Я же примерно знал, как бронироваться полностью. Можно даже кольчугу попросить себе сплести. Проволоку тут тянуть умеют из меди… Так почему бы и нет?

Умереть мне было не страшно. Но раньше я отвечал только за себя. А сейчас под моим началом собралась такая разношёрстная компания, что без воеводы разбегутся быстрее, чем паразиты от света свечей. Не уживутся они вместе, если не будет меня. А выжить у всех этих людей есть шансы только сообща. Так что… Нужно постараться и не помереть в ближайшие годы.

— Ладно, пошли в город, что ли? — предложил я Ситранису.

— Ну пошли… — согласился тот, с живым интересом похлопав меня по наплечнику.

В этот раз нам снова пришлось постоять в очереди на воротах. Беженцы продолжали прибывать, а демоны на юге, судя по обрывкам разговоров, не прекращали наступать. Зато теперь они делали это медленно: хотя бы не по два десятка сиханов за ночь. Орды продвигались осторожно, проходя по сихану-два, что позволяло жителям селений, посёлков и городков к югу от Ферунда собрать пожитки и уйти на север.

Первым делом мы с Ситранисом, само собой, заскочили в представительство его семьи. Располагалось оно в уютном особняке в Первом кольце Ферунда, куда нас доставил нанятый возок. Араилата внимательно выслушала наши предложения. Отказываться не стала, но затребовала за помощь двадцатую часть от доходов — со стороны всего союза младших семей.

Ситранис самоустранился от торгов, потому как был предвзят, и я взялся сбивать цену самостоятельно. В итоге сбил до тридцатой части, если Аравантис разрешат союзу младших семей выставить на торги ещё и свои товары. И до двадцать пятой части, если не разрешат. На большее меня не хватило, хотя Ситранис всё равно меня похвалил.

Ещё одни переговоры с Мариатидисом и Спеноном, управляющим семьи Аравантис в Ферунде, длились почти три гонга. Вот это был торг так торг… Причём ни я, ни Ситранис в нём участия не принимали. Как и Мариадитис с противной стороны. Всю тяжесть взяли на себя Араилата и Спенон.

На стол летели такие аргументы, каких не могло быть у бедных одиноких регоев. И, тем более, наёмников. На весы торга была вытянута история взаимоотношений всех семей, участвующих в торгах. Обе стороны припомнили и старые обиды, и нарушенные договора, и удары в спину, и даже необоснованные подозрения.

Спенон едва не рвал на груди нарядный халат, пытаясь доказать, что семья Аравантис — честнейшая во всём Краю Людей. А значит, необходимо и доплатить мал-мала за доверие. Араилата, к счастью или нет, даже не пыталась ничего на груди рвать, хотя там и было, на что посмотреть — однако не менее твёрдо стояла на своём.