Они все здороваются с Варваром. Потом появляется еще какой-то мужчина. В гражданском. Дамир обьясняет мне, что ненадолго отойдет. Общается с ним в стороне. После возвращается.
- Я буду ждать тебя здесь, - говорит Варвар.
Его ладонь на моем плече, слегка сдавливает.
- Если возникнут проблемы, жми на кнопку вызова медсестры, - добавляет он.
Растерянно киваю, поворачиваюсь к двери.
- Марк в порядке, Настя. Вовремя вытянули.
Снова смотрю на Дамира.
Сейчас
- в порядке. А потом? Получится ли защитить Марка от расправы со
стороны его... видимо, босса?
- Он под охраной, - добавляет Варвар. - Здесь дежурит полиция.
Молчу. В горле пересыхает от волнения.
- Я решил, ты права, - вдруг замечает Дамир. - Лучше действовать раньше. Не тот момент, чтобы терять время.
Медлить больше нельзя.
Дверь открывается. Переступаю через порог. Оказываюсь в палате. Слегка вздрагиваю, когда слышится щелчок позади.
Оборачиваюсь, наблюдая, как закрывается комната.
А потом иду дальше. К высокой кровати, на которой лежит Марк. На его лице живого места нет. Даже просто смотреть больно. И у меня сердце сжимается от такого зрелища.
Уже после замечаю повязку на шее. Бинты пропитываются кровью.
Жуткое зрелище.
Рефлекторно накрываю свое горло ладонью.
- Марк, - зову. - Ты меня слышишь? Марк...
Собственный голос не узнаю. Так сипло, надрестнуто звучит. Приходится откашляться.
Он слегка ведет головой. Открывает глаза.
- Настя, - выдает чуть слышно.
Шагаю ближе. Беру его за руку.
- Марк, - повторяю, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.
Не знаю, откуда берутся силы, чтобы подавить истерику. Но я делаю все, только бы собраться.
Сейчас
- в порядке. А потом? Получится ли защитить Марка от расправы со
стороны его... видимо, босса?
- Он под охраной, - добавляет Варвар. - Здесь дежурит полиция.
Молчу. В горле пересыхает от волнения.
- Я решил, ты права, - вдруг замечает Дамир. - Лучше действовать раньше. Не тот момент, чтобы терять время.
Медлить больше нельзя.
Дверь открывается. Переступаю через порог. Оказываюсь в палате. Слегка вздрагиваю, когда слышится щелчок позади.
Оборачиваюсь, наблюдая, как закрывается комната.
А потом иду дальше. К высокой кровати, на которой лежит Марк. На его лице живого места нет. Даже просто смотреть больно. И у меня сердце сжимается от такого зрелища.
Уже после замечаю повязку на шее. Бинты пропитываются кровью.
Жуткое зрелище.
Рефлекторно накрываю свое горло ладонью.
- Марк, - зову. - Ты меня слышишь? Марк...
Собственный голос не узнаю. Так сипло, надрестнуто звучит. Приходится откашляться.
Он слегка ведет головой. Открывает глаза.