24

То, что правительство решило объединить конструкторские бюро Андрея Николаевича Туполева и Владимира Михайловича Петлякова под разработку дальнего тяжёлого бомбардировщика, с одной стороны, было необычно. Хотя бы потому, что, в основном, привычной практикой являлась конкуренция между КБ при выполнении проектно-конструкторских работ. Побеждал тот коллектив, который лучше справился с исполнением технического задания, и ему доставались все «пряники» в виде премий, наград и авторских отчислений за каждую выпущенную машину.

С другой — и у одного главного конструктора, и у другого имелся серьёзный опыт в проектировании тяжёлых машин. Об Андрее Николаевиче рассказывать излишне, поскольку его уже в это время некоторые очень нескромно называют «королём тяжёлой авиации» по аналогии с «королём истребителей» Николаем Николаевичем Поликарповым. Правда, тот в последнее время, а именно — после того, как его КБ разодрали на части более молодые Микоян с Гуревичем и Лавочкин с Гудковым, скорее, «царствует», чем «правит». Даже для великолепного по техническим характеристикам И-185 нашлись производственные мощности лишь для мелкосерийного выпуска в Новосибирске.

Петляков тоже далеко не профан в данном вопросе. Чего стоит только четырёхмоторная машина ТБ-7, бомбившая Берлин и летавшая в начале 1942 года в Америку. К этому следует добавить и то, что Владимир Михайлович участвовал в проектировании ТБ-1, ТБ-3, ТБ-4, носивших на этапе разработки инициалы «АНТ», «Андрей Николаевич Туполев». То есть, оба конструктора были прекрасно знакомы и умели находить общий язык. Значит, в правительстве посчитали, что, объединив усилия двух коллективов, удастся гарантированно получить требуемые параметры машины.

А вот тут началось очень уж необычное. Конструировать «с нуля», по большому счёту, вообще не пришлось. Некий очень высокий чин (цельный старший майор госбезопасности) из Наркомата внутренних дел привёз первичный комплект документации, на которой уже была вычерчена будущая машина. Судя по приложенным техническим данным, строго соответствующая требованиям правительства. Честно говоря, изначально обоим главным конструкторам показавшимся недостижимыми.

Да посудите сами: дальность восемь тысяч километров при бомбовой нагрузке в десять тонн. При этом максимальная скорость 685 километров в час, а крейсерская — 625. Практический потолок — десять километров. Машина должна быть четырёхмоторной.

— Да какие же для этого потребуются двигатели? — невольно вырвалось у Андрея Николаевича. — Как мне кажется, не меньше трёх тысяч лошадиных сил каждый. У нас же не выпускаются таких моторов.