Погибли практически все командующие армиями, задействованными в летней кампании на южном направлении: командующий 1-й Танковой армией генерал-полковник Эвальд фон Клейст, командующий 4-й Танковой армией генерал-полковник Герман Гот, командующий 4-м воздушным флотом генерал-полковник Александр Лёр и начальник штаба этого флота генерал-лейтенант Гюнтер Кортен, командующий 6-й полевой армией генерал танковых войск Фридрих Паулюс, командующий 17-й армией генерал-полковник Герхард Руофф. Просто чудом уцелел командующий 11-й армией генерал-полковник Эрих фон Манштейн, временно отлучившийся в бункер и получивший контузию. Погибло немало командиров рангом ниже, но, зачастую, очень именитых, как, например, легендарный лётчик времён Великой войны, генерал-полковник Вольфрам фон Рихтгофен, возглавляющий всего лишь авиационный корпус. Из людей, с которыми Шульце был давно лично знаком, под Винницей нашёл смерть генерал-лейтенант Вальтер Гейтс, с которым они познакомились ещё во время Великой войны.
Всего же опубликованный список погибших под русскими бомбами в районе Винницы, в который фюрер приказал включить даже рядовых солдат и эсэсманов, насчитывал более четырёхсот имён. Ответственным же за случившееся назначили… шефа противовоздушной обороны и инспектора ПВО в Имперском министерстве авиации генерала зенитной артиллерии Гюнтера Рюделя, которого отдали под суд. А в стране был объявлен трёхдневный траур.
Насколько было известно оберсту, крупные неприятности возникли у шефа Гестапо Мюллера, поскольку главной версией расследования произошедшего была работа советского подполья, которому стали известна дата прибытия фюрера в новую ставку. Но досталось, как говорят русские, всем сёстрам по серьгам. Включая адмирала Канариса. За то, что разведка всё ещё не сумела добыть даже технических характеристик реактивных самолётов большевиков.
Столь тяжёлые потери среди генеральского корпуса, естественно, вызвали замешательство в войсках, продолжающих наступление. Но Вермахт — это система, а не сборище индивидуумов, на место погибших встали другие. Конечно, многим из них, особенно назначенным с других направлений, пришлось входить в курс дела, что несколько замедлило темпы наступления и дало небольшую передышку большевикам, оказывающим ожесточённое сопротивление. Но продолжающиеся бои под Смоленском не позволили Сталину перебросить резервы на Южную Украину.
Тем не менее, настроение у Адмирала пресквернейшее. Он считает, что летнее наступление обречено на провал. Конечно, начальнику разведки поступает больше информации. В том числе — о потерях в зоне боевых действий. Но Шольц пока не видит оснований для пессимизма. Сейчас только середина лета, силы на южном фасе германо-советского фронта сосредоточены огромные. Промышленность Рейха и оккупированных стран работает с полной отдачей. И даже серьёзные потери в технике покрываются без задержки. Может быть, план выйти к концу лета к русским нефтепромыслам и несколько оптимистичен, но разгром Южного фронта противника позволит наступать от Днепра к Дону, а потом и дальше на восток и юг, не встречая сопротивления. И никакие пришельцы из будущего не помогут большевикам!