На Берлин!
Значит, нам туда дорога,
Значит, нам туда дорога.
Песня, конечно, очень опережает реальные события, но ведь нельзя же запретить простому солдату мечтать! Особенно — когда шансы исполнить эту мечту так велики. Всё, пятится немец, едва успевает цепляться за землю, чтобы кубарем в свой Берлин не покатиться. Но даже если укатится, то и там его Красная Армия достанет. Достанет и добьёт! Именно так случилось в другом мире, как рассказывал Алексей Челноков, когда они с ним ждали смерти возле кладбища села Богородицкого под Смоленском.
Сложно сказать, есть ли в Орле Брянская улица, в Брянске — Минская, в Минске Брестская и так далее. Главное, что песня — вдохновляющая на новые победы. И ставящая конечную цель: добить германский фашизм в его логове. Как в другой песне поётся — своей земли вершка не отдадим. Всё вернём, что потеряли полтора года назад.
Дивизия собралась снова в только что освобождённом посёлке городского типа Заславль, в двадцати километрах к северо-западу от центра Минска. И если 6-й гвардейский полк основную часть пути туда проделал всё-таки эшелонами, то остальным её подразделениям пришлось двигаться по шоссе Минск — Вильно, по которым шли тысячи немецких пленных из только-только ликвидированного «котла», «стенки» которого им так и не удалось прорвать.
Трудно сказать, специально эшелоны с полком пропустили через сам город или так случайно сложилось, но красноармейцы успели увидеть, во что превратилась столица Советской Белоруссии после того, как через неё дважды прокатился фронт, а также полтора года хозяйничали гитлеровцы. Но первое, что бросилось в глаза, это даже не множество разрушенных домов, а почти полное отсутствие гражданских. Кто-то успел выехать в эвакуацию ещё до того, как линия фронта приблизилась к Минску, кто-то сбежал в окрестные деревни с приходом немцев. А кто-то погиб в оккупации: фашисты готовили себе «жизненное пространство», вычищая захваченные территории от «унтерменшей».
Да, разрушений было очень много. Из многоквартирных домов, увиденных сквозь открытые двери «теплушки», пожалуй, ни одного неповреждённого заметить не удалось. Как, впрочем, много разрушений было и в Заславле, численность населения которого и до войны не дотягивала до численности «штыков» полноценной дивизии. Так что селиться пришлось в больших армейских палатках и спешно, как на фронте, вырытых землянках. А поскольку всё ещё существовал риск появления каких-нибудь до сих пор не пойманных фрицев, организовывать полноценные караулы и пикеты вокруг расположения.