— Как можно смириться с тем, чтобы делить любимого человека? — не сдержавшись, спросила Аи, гневно глядя на конкурентку.

— Я знаю пару способов, но пробовать их на себе не хотелось бы, — прикрыв рот веером, ответила Юн, мастерски совместившая праздничный наряд с боевым снаряжением. — Моя техника Юань-ци позволяет воздействовать на разум тончайшими прикосновениями, изменив отношение к чему-либо. Это совершается по добровольному согласию или очень умелым манипулятором, ведь оно должно сохраниться не на одну битву, а на долгие годы.

— Так я с вами не поступлю. У нас всех — свободная воля, мы не предметы и не животные, чтобы нами владеть. Да, у нас есть люди, которые полностью зависят от наших решений, как и мы от выполнения ими своего долга. Слуги, воины, даже советники. Но они добровольно пришли к нам, и вы также должны сделать выбор: быть со мной, стать моими женами и навсегда отказаться от соперничества — или уйти, разорвав наши узы.

— Как благородно, — скептически усмехнулась Юн. — И очень жестоко. Как раз в вашем духе.

— Согласна. Любить, не зная, что может быть по-другому — куда проще, — недовольно скрестила руки на груди Аи. — Пусть мы дадим обещание сейчас, и даже на брачном обете. А что будет через год? Через пять лет? Если мы рассоримся и больше не сможем терпеть друг друга? Своим решением вы обрекаете нас на годы страданий.

— Или счастья, если вы сумеете найти в себе силы перебороть ревность и остаться со мной. Я мог бы заставить вас быть вместе, вынудить смириться. Но это сломает вас обеих и меня, — я поднялся, аккуратно отодвинув спящих в ногах львят. — Мне нужно встретиться с Шеном, и на эту встречу я пойду один. Вы же должны написать список того, что вам нравится делать. Что вы любите. Каждая, не подглядывая к другой. После этого — сравните готовые листы и выберите общее. Кроме меня, естественно.

— Как скажете, господин, — покачала головой Юн. — Но не уверена, что это сильно исправит ситуацию.

— Не сразу. Нет. Но после свадьбы мы станем не просто друзьями или возлюбленными. Мы станем семьей. Одним целым. Телом с руками, ногами и иногда головой. Совсем редко — думающей.

Оставив девушек в размышлениях, я вышел из спальни, объединенной с гостиной, в бывший центральный зал храма. Несмотря на незначительные внешние изменения — вроде появления флагов и символов клана на стенах — атмосфера тут поменялась кардинально. Выйдя наружу, я встретил десяток воинов , которые, заметив меня, низко поклонились и, дождавшись разрешения, пошли по своим делам дальше. Бывший храм Послушания, в котором жило от силы пятьдесят человек, теперь кипел деятельностью.