— Сергей, всё хорошо? — Заглянула в глаза Агата, взяв за руку.

— Да. — Я помотал головой, немного успокаиваясь. — Просто этот Михаил…

— Но он прав? — Мягко перебила она меня. — Разве не так?

— Наверное так. — Пришлось признать её правоту, после небольшого раздумья.

Агата улыбнулась мне, и мы вернулись к происходящему под стенами города. В смысле, что я снова начал следить за мониторами. К этому моменту, закрытие прорыва перешло в завершающую стадию. Как сама печать, казалось, горела белым огнём, так и волны света очень напоминали волны именно огня, ослепительно белого огня.

Было видно, что прорыву осталось совсем немного, он скукожился до небольшого пятака; но при этом, энергия смерти имела такую концентрацию, что была черна, словно покрышки авто. Или даже чернее… Но с густым изумрудно зелёным оттенком. Он словно, словно… Да, словно где-то в глубине чёрного, с трудом, но проглядывается зелёный. Даже не знаю, как ещё возможно описать то, что сейчас вижу.

Короче, энергии уже не смешиваются, а как бы выжигают друг друга. Причём, они обе делают так, и граница между ними горит двумя огнями, белым и чёрным. И, если в белый огонь ещё можно поверить, там температура определённая, звёзды же есть белые; то вот чёрный цвет, можно объяснить только тем, что действия происходят в фэнтезийной игре.

«Чёрт, это гвоздь, в гроб реалистичности игры.» — Раздраженно подумал я, тут же усмехнувшись. — «Хотя, о какой вообще реалистичности речь, если у меня перс: ожившая каменюка…»

Я покосился на Агату, она так увлеклась происходящим на экране, что аж всем телом подалась вперёд, всматриваясь в изображение. Блузка натянулась, и очертила её осиную талию. Скосив глаза ещё немного, я заметил, что верхняя пуговица блузки расстегнута, и сквозь ворот выглядывает белый лифчик. Быстро оглядевшись и убедившись, что никто не обращает на меня внимания, я тоже подался немного вперёд, будто тоже вглядываюсь в экраны, после чего попробовал заглянуть внутрь ворота блузки…

«Ничего не видно.» — Разочарованный этим вздохнул я, после чего и правда обратил внимание на экраны.

Прорыв закрылся со взрывом, высвободив всю оставшуюся энергию смерти, что с ударной волной, разошлась по округе. Сразу же после этого, вся оставшаяся нежить словно вмиг потупела, начав беспорядочно атаковать ближайшего противника, совершенно не заботясь о защите. Вот и скажи теперь, что прорыв не имеет сознания.

Понятно дело, что потупевшую нежить разобрали в течении пары минут.

В том, что Михаил был прав, я убедился даже раньше, чем упал последний скелет. Стоило угрозе миновать, эльфы ощетинились оружием в сторону клириков, и только всё ещё поднятое знамя, спасало тех от нападения.