– Иди мой сладенький, радость моя, Василёчек, – миндальничает мама. – Иди, мой маленький, кушать.

Полосатое недоразумение сразу спрыгивает с подоконника, услышав заветный звук открывающегося пакетика с влажным кормом. Мама поднимает кота на руки, целует упирающееся животное в носик и пускает к миске. С котом мама всегда обращается лучше, чем со мной.

– Кира, подай из холодильника мне банку томатной пасты, – просит старшая Ольховская.

Достаю банку из холодильника, но как назло, путаюсь в собственных ногах и банка летит на пол с громким звоном разбиваясь о плитку.

– Руки-крюки! Ничего доверить нельзя! – вскипает мама.

– Я сейчас всё уберу, не злись…

– Да кто тебя замуж такую бестолковую возьмёт? Готовить даже не научилась к девятнадцати годам. Могла бы у Лерочки взять пару уроков.

Начинается. За всю жизнь, я конечно, привыкла к поведению мамы, но в последние годы это стало сильно доставать.

– Знаешь, мам, не все обязаны готовить. Один умный человек сказал мне, что, если не хочется – всегда можно заказать доставку.

– Чушь несусветная! Ни один нормальный мужчина такого не скажет! А если и скажет, то только чтобы затащить в кровать, – продолжает ссору она. – Зачем нормальному мужчине такая неумёха? Образования высшего нет. Карьеры нет. Даже ребёночка ему родить не сможешь!

Это становится последней каплей. В чём я виновата? Чем заслужила эти постоянные оскорбления? Швыряю со злостью тряпку, которую взяла, чтобы собрать стекло и томатную пасту на пол. Разворачиваюсь и убегаю в свою спальню. Нагломорд почему-то спешит за мной и еле-еле успевает пролезть в щёлку, прежде чем я хлопаю дверью.

Падаю на кровать, не сдерживая слёзы. Васька запрыгивает ко мне и ложится рядом, наблюдая. Уж не знаю, с чего кот стал так добр ко мне, но его присутствие делает момент чуть менее болезненным.

Ещё два дня потерпеть и всё это закончится. Осталось чуть-чуть. Только бы пережить завтрашний ужин.

Кира.

– Не могла, как только узнала, что Лерочка с парнем живёт, домой вернуться и не мешать им?

Именно это я слышу от мамы вместо приветствия, когда родители на такси забирают меня от Валерии с чемоданом и Васькой в переноске. Ни тебе «Как дела, дочка?» Ни «Хорошо ли ты себя чувствуешь, Кирочка?» Ни «Мы соскучились по тебе».

– Я просила у неё ключи с первой же минуты! Но ты запретила! – фыркаю в ответ.

– Я же не знала про молодого человека! Вроде взрослая, а мозгов так и не прибавилось, Кира!

Отец молчит. Но я знаю, что он тоже недоволен всей этой ситуацией.

– И снова та же песня: Кира плохая, Лера хорошая. А ведь врала вам не я, а она, мам!