Ноутбука на столе не оказалось. Ребекка проверила под подушкой, хотя отлично знала, что не стала бы спать на ноутбуке. Потом выглянула в коридор.
— Кейн, где мой компьютер?
— Понятия не имею, — отозвался он снизу. По голосу было ясно, что понятие он как раз имеет.
— Тогда возьму твой.
Ноутбук Адама лежал на кровати. Ребекка села на край, подняла крышку и нажала кнопку. Снизу донёсся топот.
— Бекка, не включай его!
Экран уже загорелся. На заставке была Амелия, в одной его рубашке, босая и смеющаяся кому-то за кадром. Ребекке хватило секунды, чтобы понять, кто делал снимок. Она захлопнула крышку. Утром Адам обнимал её на кухне. Сейчас ей впервые пришло в голову, как легко он, наверное, обнимает Амелию каждый раз, когда им не о чем спорить.
Внизу Адам сидел на диване. Её ноутбук лежал рядом с ним. Ребекка положила его компьютер ему на колени.
— Ты больной? Кто такое ставит на заставку?
— Тот, кто рассчитывает, что его компьютер будут открывать с разрешения.
— Сказал человек, который взял мой.
Адам посмотрел на ноутбук рядом. Потом протянул ей его обеими руками.
— Ладно. Один — один.
Ей хотелось ответить, что счёт совсем другой. Что ей не всё равно, кто на его заставке, и от этого она ещё злее на себя, чем на него. Вместо этого Ребекка забрала ноутбук и ушла наверх. Нашла несколько упражнений, сохранила видео и через десять минут вышла из дома. Оставаться здесь весь день и выяснять, кому можно трогать чьи вещи, было выше её сил.
Она шла куда глаза глядят, пока не остановилась у тату-салона. В витрине висели листы с рисунками. На нижнем углу одного из них был простой чёрный крест. Ребекка уже несколько раз рисовала похожий на полях блокнота, всякий раз чуть по-разному. Она вошла и объяснила мастеру, какой хочет. Когда он принёс эскиз, она попросила сделать линии тоньше. После этого согласилась сразу.
Под гудение машинки было неожиданно легко ни с кем не разговаривать. Можно было смотреть, как ползёт солнечный квадрат по полу, и отвечать только на вопросы, больно ли и удобно ли лежать. Когда мастер закончил, Ребекка увидела в зеркале тонкий крест на левом бедре и подумала об отце. Он наверняка спросит, зачем ей ещё одна татуировка. Она ответит, что так захотела. От него ей даже не нужно согласие, чтобы всё равно хотеть услышать: «Покажи».
По пути домой она купила две майки. Бумажный пакет приятно шуршал о колено. Улица уже начала казаться знакомой: она узнала дерево с низкой веткой у поворота и крыльцо с белыми цветами, которые утром наконец поднялись после дождя. Ещё через несколько шагов услышала музыку. Бас был слышен даже за оградой.