Адам
Телефон звонил где-то возле пола. Адам вытянул руку из-под одеяла, пошарил между кроватью и тумбочкой и нащупал зарядный провод. Потянул за него. Телефон ударился о ножку кровати и замолчал. Адам уже собирался отпустить провод, когда тот снова задрожал у него в пальцах.
— Да, — сказал он, ещё не открывая глаз.
— Адам, милый, ты помнишь, что сегодня приезжает Ребекка? Ты должен встретить её.
Голос у мамы был ясный и бодрый, словно у неё в Лос-Анджелесе тоже было утро. Адам перевернулся на спину. За шторами светлело, но по цвету этой узкой полоски всё равно невозможно было понять, который час.
— Какая Ребекка?
— Адам, что значит какая? Сестра твоя!
Он закрыл глаза. На свадьбе она почти не выходила к гостям. Или выходила, а он просто не обращал внимания. Он помнил отца Ребекки, который дважды начинал один и тот же тост, потому что в первый раз забыл поблагодарить кого-то из родственников. Помнил, как мама смеялась, не выпуская его руки. А саму Ребекку пришлось бы узнавать по фотографии.
— Мам, а почему именно ко мне?
— Я думаю, переезд из тёплого Лос-Анджелеса в холодный Лондон немного её образумит. Это просто невыносимый человек! Она заставляет отца нервничать каждый день. К нам каждый день приходят с жалобами. Вчера она разрисовала весь соседский забор этими вашими граффити, или как их там.
На слове «забор» мама понизила голос. Адам прижал телефон плотнее к уху. Он знал этот тон. Обычно она начинала так, когда уже со всеми договорилась и оставалось сообщить ему, что именно он должен сделать.
Он сел. На полу валялась толстовка, которую он снял вчера, собираясь впервые за несколько недель выспаться. В доме было тихо. Никто из Westline сегодня не ждал его ни на репетиции, ни в студии. Он рассчитывал, что хотя бы одно утро сможет решить сам, куда ему ехать и нужно ли вообще вставать с кровати. Теперь, судя по маминому голосу, ему уже пообещали соседку на весь отпуск.
— Мам, ну есть же всякие воспитательные школы для трудных детей…
— Адам, поздно уже тушить пожар, когда сгорел весь дом.
Он отнял телефон от уха и несколько секунд смотрел на экран. Если судить по тому, что она успела рассказать, пострадал один забор.
— В смысле?
— Сегодня в одиннадцать она прилетает. И только попробуй не встретить её.
— Мама, у меня много работы!
— Ты сказал, что у тебя отпуск.
— Да? Да! У меня отпуск, и в свой отпуск я хочу веселиться, гулять и напиваться! А не следить за несносным подростком!
— Напиваться? Ты что, там пьёшь?!
Вот теперь разговор можно было считать проигранным. Ещё минута, и она попросит его перечислить всё, что он пил за последнюю неделю. Он свесил ноги с кровати и наступил на толстовку.