Но к любой работе нужно привыкнуть. Возможно, если я дам себе время, то мне понравится.
– Эй, Рокс, ты идешь на обед? – коллега Майли появляется рядом со мной и привлекает внимание своей кудрявой рыжей шевелюрой. Она стучит ногтями по моему столу и поправляет свой вязаный жилет, накинутый поверх белой рубашки. Майли такой же стажер, как и я. Так что мы с ней вроде как держимся вместе. Если походы на обед можно назвать гордым «держимся вместе».
– Ага.
Конечно, иду, тем более что целевая аудитория за два с половиной часа так и не заговорила со мной на одном языке.
Я закрываю ноутбук и топаю за Майли. По дороге заглядываю в свой телефон, когда он вибрирует.
Рия:как ты думаешь, это не слишком?
Подруга присылает мне фотографию, на ней ее рука у тарелки с тортиком.
Что тут “слишком”, скажете вы? Но Рия переживает массовый интернет-хейт, который вылился на нее из-за того, что фанатки одной небезызвестной группы оказались довольно токсичными стервами и посчитали, что моя самая прекрасная и самая добрая в мире подруга недостойна того, чтобы быть с придурком-солистом Мэттом Брайеном. Из-за этих злых стервятниц Рия закрыла свой блог, который очень любила, и спряталась в пригороде у мамы. Так что для нее просто фотография, которую она самовольно выложила в интернет, где есть ее часть тела, – это сродни подвигу.
Рокс:фотка красивая, напиши, что тортики поднимают настроение.
Интересно, а съесть вместо обеда торт было бы нормально?
Мы с Майли как раз заходим в наше корпоративное кафе. Здесь, как всегда в это время, полно народу. Все болтают, шумят, гремят тарелками. Еще одна причина, почему мне тут не по себе. Хотя когда это многолюдность стала для меня проблемой?
Взглядом нахожу Марка: он сидит со своими коллегами – теми, что заходили ко мне в кофейню, и еще двумя девушками из его отдела. И Марк выглядит живо. Он активно жестикулирует и по-видимому что-то доказывает одной из коллег.
Удивительное наблюдение: Марк со мной и Марк в его естественной среде обитания ( то есть в офисе) – это два совершенно разных человека. Со мной он проявлял эмоциональность разве что первые два месяца нашего общения. А тут? Вон хохочет. И выглядит живым. А не безэмоциональным роботом.
В то время как я здесь – просто Арья Старк8 с ее масками, только не понимаю, какую нацепить.
Марк кивает мне, когда мы пересекаемся взглядами, пока я стою в очереди с подносом. Он не часто подходит ко мне на работе. Здесь каждый сам по себе.
Выбираю еду и сажусь за столик. Через минуту Майли падает рядом и начинает тараторить обо всех сплетнях интернета. Какой-то громкий развод актеров, кто вышел в финал Уимблдона, как прошло Гран-при Великобритании и прочее-прочее, что я не могу даже удержать в памяти. Я киваю, будто заинтересована.