– Ага, только не спугни его своими дурацкими шутками про вампиров. Они мне уже порядком надоели.
Я одариваю его сладкой улыбкой, придавая лицу максимально соблазнительный вид.
Он усмехается, но не отвечает.
– Я думала, вы уже уехали в Лондон.
– Послезавтра, – отвечает Тэд. А в голосе проскальзывает какая-то безысходность. Странно.
Что ж, послезавтра – это просто отлично. Для того, что я хочу идеально, на самом деле.
– А почему ты сидишь тут и пялишься в телефон? – спрашиваю я, кивая на мобильник.
– А, это так… слушал кое-что.
Сегодня он странный. Нет типичной самоуверенности, и эго не прошибает потолок.
– Кое-что?
– Ну… я записал кое-какую музыку. Хотел показать Мэтту и Кевину. Но… не уверен.
– Почему? – я тянусь за его наушником.
– Потому что обычно я этого не делаю, – спокойно говорит Тэд.
– Не делаешь? У вас же группа.
– И я в ней играю на басу, если ты забыла, – он закатывает глаза, – мы обычно работаем над музыкой вместе. Ну или Мэтт пишет сам основную мелодию, а мы уже доводим до совершенства.
– И ты записал что-то свое? – спрашиваю я. Он просто кивает.
– Ну это так… просто набросок, – он включает запись, и в мое ухо врывается довольно агрессивное гитарное соло. Оно бередит во мне всю злость, что кипела во мне после сегодняшнего дня. Минуту я просто слушаю музыку. Она не в стиле The Words. Эта мелодия звучит тяжелее. И больнее. Но в ней также полно сексуальной энергии, что есть в репертуаре группы. Просто эта энергия более жесткая и агрессивная.
Или это просто энергия парня, что сидит передо мной?
– Это круто, – бесхитростно говорю я, когда музыка заканчивается, – ты точно должен показать это своим.
– Ну да, – он тянется за наушником. Наши пальцы соприкасаются. Это снова меня отвлекает.
Хочу ощутить его руки на своей коже. Черт. Можно мы перейдем от болтовни к делу?
Я снова глубоко вдыхаю и зову бармена, чтобы заказать еще текилы.
– Знаешь, что? Давай сыграем, – говорю я Тэду, когда новая порция алкоголя появляется передо мной. Его брови взлетают вверх, а я продолжаю, – ”Правда или правда”? Ответишь на три моих вопроса – и выиграешь.
– В чем смысл игры, если ты даже не даешь выбора?
– Смысл – выиграть, – я провожу языком по краю рюмки, глядя ему прямо в глаза, – и получить приз.
Черт. Мне самой жарко.
– И на что мы играем?
С удовлетворением отмечаю, что голос Тэда стал ниже.
– На поцелуй, – игриво щурюсь, – Выиграешь – и он твой.
Он наклоняется ближе:
– Ты же знаешь, что ходишь по тонкому льду, малыш? Я могу не ограничиться поцелуем.
Пожалуйста, да!
Его слова поджигают, мой пульс наверняка шкалит.