Я начинаю потихоньку вскипать.
Поэтому я в очередной раз хочу привлечь внимание Марка и кладу руку ему на бедро, пытаясь прильнуть всем телом.
– Рокс, не надо!
– Что не надо? – максимально мягким голосом говорю я, – Просто хотела сказать, что рада, что ты сегодня со мной.
Он поворачивается ко мне:
– Ты можешь просто сказать. Необязательно делать это так.
Он прав. Я сегодня творю херню.
Слишком показательно. Слишком. Слишком!
Но я, черт возьми, хочу хотя бы немного внимания! И мне так надоело, что он его не дает.
Я громко выдыхаю, убираю руку с его бедра и выпиваю весь свой джин-тоник залпом. В этот момент ловлю на себе взгляд Тэда. Задумчивый. Но в нем тоже нет никакого желания, которое я там видела раньше. Это заставляет мою самооценку пробить уровень дна.
Малышка Рия, отлипнув от Брайена, отвлекает меня:
– Рокс, что стряслось?
Заметила, конечно. Я быстро уверяю ее, что все отлично и не о чем беспокоиться. Это ее день. И она должна наслаждаться.
Встаю из-за стола и топаю к бару. К черту всё! Я хотела текилу. Прошу у бармена шот текилы и выпиваю.
Так становится легче делать вид, что всё отлично.
Возвращаюсь к столу. Элис громко расхваливает Рию и Аманду и то, как они спели. Я присоединяюсь к общему восторгу и вскоре замечаю румянец на щеках подруги, когда ее парень что-то шепчет ей на ухо.
Аманда вдруг спрашивает меня:
– А ты, Рокс, ты тоже как-то связана с музыкой?
– Нет-нет, никакой музыки, – смеюсь я, – я просто работаю в кофейне. Пока. Через пару месяцев устроюсь в отдел маркетинга. Но это скучно.
– Я работаю тестировщиком приложений, вот это скучно. Поэтому в свободное время я пою.
– Ну, у тебя круто выходит! – улыбаюсь я ей.
– Как там Дейзи, Тедди-бой? – раздается голос Кевина, который отвлекает меня от Аманды. И почему-то очень веселит меня.
– Еще раз назовешь меня Тэдди-боем, получишь в пятак, – отвечает Тэд.
Ха! А вот это уже веселит меня сильнее. Ему не нравится. Я выуживаю свой самый сладкий голос, когда громко спрашиваю:
– А что не так с Тэди-боем?
Он медленно поворачивается ко мне и сверкает своими голубыми глазищами. И я торжествую, когда снова чувствую его взгляд каждой клеточкой своего тела. Остро. Я слегка наклоняю голову и смотрю прямо на него из-под прикрытых ресниц. Я знаю, как на него влияю. Так что делаю это специально. Возможно, где-то в аду для меня припасен котел.
– Кажется, ему не нравится это прозвище, – тихонько смеется Аманда, наклоняясь ко мне, – но, похоже, ему нравишься ты.
Она так мягко улыбается, что из ее рта эта фраза не звучит как что-то неправильное. Как что-то, чего я должна стыдиться.