– О, такая же люстра была в фильме в квартире Брэда Питта, – замечаю я.
Тэд сжимает пальцами мое бедро.
– Ты знаешь, в том интерьере она смотрелась хорошо, у тебя она совершенно не к месту. Выглядит нелепо. Ты должен ее снять, – деловито продолжаю я.
Тэд отстраняется и недовольно фыркает.
– Детка, я, конечно, люблю тебя всякой, но не могла бы ты, пожалуйста, не болтать о люстре, пока я пытаюсь заставить тебя кончить. Я бы с большим удовольствием слушал твои стоны.
Что?
Я свожу колени и резко отодвигаюсь от него.
– Что ты несешь?
Тэд хмурится, наблюдая за моей реакцией. А потом его лицо немного проясняется.
– Что ж, я должен был когда-нибудь это сказать, – спокойно говорит он и снова произносит, – Я люблю тебя.
О боже, мне не послышалось? Он действительно это сказал?
Я никогда бы не смог полюбить такую, как ты.
– Не подменяй понятия, тебе просто нравится со мной трахаться.
Я пытаюсь усмехнуться. Выходит как-то криво. Не может быть это правдой. Все это просто глупая шутка. Я отодвигаюсь ещё сильнее, скидываю ноги на пол с другой стороны кровати.
– Нет, я абсолютно точно имел в виду то, что сказал.
– Чтоты вообще можешь знать о любви? – резко бросаю я.
Зачем он все портит? Ни он, ни я не созданы для чего-то… настоящего.
Мне нужно что-то настоящее.
– Что значит, “что я могу знать о любви”? Я был влюблен раньше. И я определенно влюблен в тебя сейчас.
Нет. Неправда. Не влюблен. Он не может. То, о чем я думала после разговора с Марком, снова начинает биться в моей голове, словно сигнал SOS. Я истерично пытаюсь натянуть на себя белье и джинсы.
– Бред. За что тебе любить меня?
Тэд резко встает с кровати и подходит ко мне.
– В смысле “за что”? Ни за что! Это иррационально. Ты неправильная. Ты бесишь иногда. С тобой сложно. И ты можешь разнести мое ментальное здоровье к херам, – практически выплевывает он и добавляет спокойнее, – Но я люблю тебя. Это не то, что поддается арифметике и логике.
Нет. Бред какой-то.
– Ты не можешь меня любить… – тихо говорю я.
– С хера ли?
– Потому что ты – это ты, – медленно говорю я, – а я – это я. Мы не такие. Мы не влюбляемся. Мы просто… – я замолкаю на секунду, – развлекаемся.
С тобой хорошо только развлекаться.
– Что за чушь ты несешь? – говорит он громко и тянется ко мне. Я уворачиваюсь. Медленно отступаю к выходу.
– Это не чушь. Мы же договаривались. Никаких чувств.
– Я ни о чем подобном с тобой не договаривался! Я с самого начала не хотел, чтобы это был просто секс. Я хотел тебя во всех проявлениях. Я, наверное, влюбился в тебя с самого начала.
Боже, зачем он продолжает говорить это? Паника снова сжимает горло.