И через 15 минут я убедился в полной правоте своих потаённых мыслей. Первый же подопытный, когда я сказал ему, что коллеги его подозревают в чём-то нехорошем, тут же схватился за сердце и попросил вызвать врача. Благо знахарка Варвара быстро сориентировалась и сунула в рот ответственного товарища ложку с успокоительной настойках на травах. Я же написал в соответствующей записке, что данный товарищ обладает плохой стрессоустойчивостью и для оперативной работы непригоден.

— А не слишком ли мы круто взялись за психологические эксперименты, товарищ Крутов? — спросила меня Варвара, когда Савков этого бедолагу вывел из нашего кабинета.

— Нет, — упрямо помотал я головой. — Здесь слишком серьёзная организация. В футбол ведь не играют люди, которые не умеют бегать. И в баскетбол не идут играть без соответствующей физической подготовки. А в КГБ нервы должны быть железные. Следующий! — рявкнул я, когда капитан Савков заглянул в нашу «избу-гадальню».

Следующим оказался какой-то местный скандалист. Варвара только разложила на столе игральные карты, и он тут же заявил, что будет жаловаться на наши сомнительные опыты вышестоящему начальству.

— Кому конкретно собрались жаловаться? — пророкотал я, нахмурив брови. — Диктуйте, я записываю.

— Кому надо, — огрызнулся скандалист.

— Людей с таким именем и фамилией в нашей организации не работает, — рыкнул я. — Кому конкретно собрались жаловаться, диктуйте, я записываю⁉ — громким и строгим голосом произнёс я. — Вы думает мы тут шутки шутим? Мы выполняем серьёзнейшее задание ЦК КПСС.

— Так бы сразу и сказали, — дал заднюю скандалист.

И вышел он из нашей «избы-гадальни» тоже держась за сердце. Затем в кабинете появился хохотун, болтун и весельчак.

— А кот тоже принимает участие в магическом тесте? — захохотал он, увидев беззаботно спящего Парацельса.

— Так по мелочи, сканирует биоритмы головного мозга, — улыбнулся я. — Не обращайте внимание. Тяните карту, товарищ.

Услышав про биоритмы, шутник тут же перестал шутить. И весь тест вёл себя достойно и спокойно. На мою реплику, что, судя по картам, коллеги его подозревают в каких-то махинациях. Он ответил философски, что в какой-то мере вся работа КГБ напоминает какие-то махинации, и что госбезопасность — это дело не безопасное.

И когда этот шутник покинул кабинет я и знахарка озадачено переглянулись.

— Что скажешь? — спросила Варвара.

— Этот способен на многое, нервы железные, — кивнул я и напротив фамилии этого товарища поставил большой восклицательный знак. — Анатолий Михайлович Голицын, — ещё раз прочитал я фамилию сотрудника отдела стратегического планирования и меня как будто что-то кольнуло, что-то шевельнулось в моём подсознании.