Данные операции прорабатывались полгода, готовились пластуны, но гладко все на бумаге — потери в рядах казаков, что стало известно значительно позже, составили шесть групп из двадцати одной, были и те, кому удалось скрыться, но при этом потерять убитыми часть своих товарищей.

Такие действия привели к усилению караулов и строгости в службе в турецком войске, по крайней мере, у складов и штабов. Некоторые казаки были пойманы, и не стоит верить в исключительную стойкость даже сильных людей, турки узнали про работу диверсантов — у каждого человека есть свой болевой порог, когда он прекращает понимать, что говорит и почему говорит. Тут нужен только профессиональный кат, который сможет долго не убивать при пытках. А турки — мастера! Поэтому действия велись с учетом того, что именно могли рассказать казаки.

К турецкой крепости Перекоп, которую турки называли Ор-капы подошли через два дня после первого сражения. Две группы диверсантов были направлены к крепости, чтобы подложить заряд — это оказалось не лучшим решением. Одна группа была уничтожена, вторая полноценно выполнить задание не смогла. Совершенная ранее диверсия заставила неприятеля принять меры.

Однако, были и хорошие новости — крымский хан Арслан Герай с большим войском вышел из Крыма и направился на соединение с турецкими войсками, которые должны были подойти к Очакову. Перекоп и весь Крым оказывались практически не защищенными. А захоти Арслан Герай бежать на помощь своим соплеменникам, так есть вероятность поймать его на переправе. Поэтому всем имеющимся группам пластунов было выдано задание — исследовать Днепр и переправляться на другой берег, чтобы отслеживать передвижение турецко-татарских войск.

Для купирования неожиданного прорыва больших османских соединений в тыл нашей группировки, было выделено две дивизии под общим командованием Суворова, с шестьюдесятью орудиями.

Перекоп сдался после того, как к вечеру первого же дня осады, стена, под которой ранее и был взрыв, начала обрушаться, а демидовские мортиры начали накидывать бомбы навесом внутрь крепости. Был шанс просто сравнять с землей эти укрепления, но потратить изрядно ядер и пороха, так что сдача обороняющихся порадовала.

Когда дорога вглубь Крыма была открыта, я проявил свою мальчишескую блажь — приказал ждать Миниха, который должен был прибыть не позже, чем на следующий день. Я обещал Христофору Антоновичу, что он будет среди тех, кто вступит на крымскую землю, в знак уважения, что он уже так поступал.

Между тем, день остановки пошел на пользу, солдат покормили горячей пищей, провели ревизию запасов провианта, выдали недостающее в каждый плутонг, чтобы походного сухпайка хватило на четыре дня, в обозах же было не менее, чем на две недели питания. Также накипятили воды, и все солдаты заполнили свои бурдюки. Повторения санитарной ситуации Крымского похода 1730-х годов никто не хотел, поэтому и медикусы делали свою работу, обследуя войско на предмет заболеваний.