Два пиратских фрегата, что перерезали путь русскому кораблю к бегству, собирались прийти на помощь своим побратимам, что сейчас отчаянно обмениваются залпами с русским фрегатом и линейным кораблем. Но поражение союзного вымпела от торгового судна вынуждало вступать в бой с русским военно-транспортным кораблем, тип которого настолько знакомый — корабль отличался от своих систершипов [однотипных кораблей] только Андреевским стягом.

Не такая уже и беззубая эта добыча, как ранее предполагали английские офицеры, пряча флаг «роял нави» и вывешивая черную тряпку. То, что заказчики данного налета потребовали захват именно одного из военно-транспортных кораблей, сильно усложняло ситуацию. Опытные морские волки, лучшие моряки королевского флота, могли бы значительно эффективнее просто потопить три-четыре корабля и скрыться на просторах бескрайнего океана. Но нужен был именно захват. А русские, видно, не столь опытные канониры, пусть и с неплохими пушками, оказались очень лютыми в абордажной схватке.

— Вывесить сигнал атаки, будем топить русских! — прокричал капитан каперского корабля.

В это время Дмитрий Леонтьевич Овцын, понимая всю сложность ситуации, приказал расцепить корабли и вывести захваченный призом английский фрегат чуть вперед, навстречу приближающемуся противнику и уже позже произвести сцепку. Суммарный залп захваченного англичанина мощнее и нельзя упускать возможность выпустить по приближающемуся врагу эту мощь. Тем более, что казаки были обучены и артиллерийскому бою. Вот они на захваченном вражеском корабле и должны были произвести залп, после чего бежать на родной транспорт.

Казаки, видя приближение пиратских вымпелов, сработали жестко и быстро. Все матросы врага, как и захваченные в плен солдаты, были умерщвлены, офицеры раздеты до нага и брошены в трюм своего же корабля. Только капитан пиратов и еще два его помощника были заперты на «Афанасии Никитине». На все эти действия было потрачено не более десяти минут.

— Платон Васильевич, одолеем пиратов? — спросил у казачьего сотника капитан Овцын.

— Одолеем, коли они решат на абордаж идти, большой кровью, но одолеем. И еще, Дмитрий Леонтьевич, — казак задумался, но решительно продолжил. — У меня ента, инструкция, спасти Вас хоть уговором, хоть силой, сие предписано самим государем-цесаревичем.

Овцын только посмотрел на Конкина с некоторым сарказмом — в море спасти крайне сложно, если вообще возможно, коли пуля не возьмет, картечь пролетит мимо, то уйти под воду с кораблем — худшая смерть из многих.

Казаки разделились и частью стали за орудия на английском корабле. Их учили управляться с полевыми пушками, так что «в ту степь» выстрелить смогут. Вдали громыхали выстрелы — это «Голштиния» добивала каперский корабль, к сожалению, для русской экспедиции — потерян союзный фрегат, уж больно метко стреляли английские пираты.