Всё это требовало проверки. Для чего нужно заставить людей понервничать и начать допускать ошибки.
С этой мыслью Блейк отправился на охоту.
До этого лично я Славского не видел. Дядька по должности должен был быть внушительный, и в кои-то веки ожидания совпали с реальностью. Был он уже не молод, но крепок, и взгляд имел тяжёлый, волевой, подавляющий.
Стародубов приглашал только меня, но, когда Эмма молча пошла с нами, препятствовать не стал. Слова не сказал.
— Антон Павлович, — зашёл Дуб в кабинет. — Разрешите?
— Заходите, — донеслось до меня.
А дальше мы вошли, и я увидел самого Славского. Который уставился на меня, поглядел, оценил и взвесил, перевёл взгляд на Эмму и тоже оценил да взвесил.
— Проходите, молодые люди, садитесь. Быть может, чаю?
— И поесть бы, если разговор долгий будет, — вставил я. — Молодой организм требует большого количество калорий, — пожал я плечами в ответ на незаданный вопрос.
— Да, точно, — не улыбнулся мужчина. — Евлантий, будь добр, кликни дежурного.
Дуб вышел, отдал распоряжение и вернулся. Я за это время успел кабинет разглядеть. Здоровый, прямо-таки внушающий дубовый стол и множество стеллажей, забитых папками и коробками с папками. Ещё парочка закрытых шкафов. Самые обычные на вид стулья. Ремонт тут не сказать, что новый. Видны потёртости на паркете. Окна узкие, света мала дают, занавешены, несмотря на ясный день.
— Госпожа Чернышова, — посмотрел Славский на девушку. — Перед тем как начнём, уточните, вы здесь в качестве кого?
— В качестве соратницы Олега.
— Соратница? Не покровительницы?
— Соратница, союзница, покровительница и просто подруга, если вас интересует точный ответ. А если интересует позиция рода Чернышевых, то мой дед, Ярослав Дмитриевич, союз всячески одобряет и поддерживает. Считайте это официальным заявлением.
— Сильное заявление.
— Сомневаетесь в моих словах?
— Самую малость, учитывая ваш возраст.
— Часто видели юных девушек, сбегающих на войну, прихватив с собой отряд отборных гвардейцев и выступающих против мертвецов?
— О вашем характере я уже наслышан, — усмехнулся Славский и подкрутил ус. — Как поживает Ярослав Дмитриевич? Давно с ним не виделись.
— Ворчит и греет кости у камина.
— Понятно… — протянул Славский и снова посмотрел на меня. — Да, дилемма. И что мне с вами делать?
— Как минимум не мешать, — ответил я.
— Ого. А вы уверены в себе, молодой человек, — фальшиво удивился Славский.
— А вы? Уверены, что сможете отбиться?
— От кого? — прищурился Антон Павлович.
— Точно не от тех, кого гонят на убой с той стороны границы. От них, как я увидел, особо отбиваться не нужно.