— Поразительная осведомленность.

Эмма ответила внешне равнодушно, но Сергей не мог отделаться от чувства, что над ним тонко издеваются. Или не тонко.

— Тогда, быть может, вы сразу озвучите, зачем мне это? — продолжила она.

— Зачем вам помогать княжеской семье? — княжич сделал вид, что удивился.

— Именно. Вероятность того, что во дворец заявится кто-то очень сильный и перебьет здесь всех, стремится где-то к ста процентам. Ваши руки, — Эмма посмотрела на перчатки княжича, — не дадут сорвать.

— Это было очень жестоко. — Сергей не удержался, заиграл желваками, напрягся.

— Это факт, пусть и жестокий. Враг вас чуть не убил. Что мешает ему повторить?

— Только то, что конкретно тот враг был уничтожен человеком с силой, аналогичной вашей.

— С чего вы взяли, что я справлюсь так же хорошо?

— Быть может, потому что ваш Источник почти дотянул до отметки двести Капель? Впрочем, вы можете продемонстрировать свою чистоту и убедить меня, что толку от вас не будет.

— У вас слишком интимные просьбы, княжич.

— Сударыня, прошу, хватит надо мной издеваться, — поджал губы Сергей.

— Я ещё и не начинала.

«Непробиваемая», — подумал парень, про себя отметив слова «ещё» и «не начинала».

— Хорошо, Эмма. Давайте не будем тратить время друг друга. Скажите, вы принципиально отказываетесь от моего предложения или есть варианты, при которых мы можем договориться?

На этот раз девушка ответила не сразу. Она неуловимо изменилась, будто выключила режим «ледяной королевы», но Сергей не обольщался. Как выключила, так и включит.

— Принципиально — нет, не отказываюсь. Но я сомневаюсь, что вы захотите исполнить то, что я потребую.

— Потребуете? А про долг вассала перед сюзереном вы забыли?

— Долг вассала… — медленно проговорила девушка, и Сергей понял, что сделал неправильный заход. — Интересно, что скажет общественность, если узнает, что долг вассала — это когда семнадцатилетнюю девушку заставляют защищать княжескую семью. Но неважно. Я рада, что вы упомянули про долг. Давайте поговорим более предметно, княжич, раз вы так настаиваете. Поправьте меня, если ошибаюсь, но не ваша ли семья прекрасно существовала, начиная с момента прихода к власти, под пятой мёртвых? И поправьте меня, но разве возникший конфликт не следствие того, что ваш батюшка отказался помирать и решил рискнуть? И что воюет он не от большого желания, а потому что его припёрли к стенке и другого выхода нет?

Сергей плотно стиснул зубы, побледнел. Вопросы были… Очень неприятными. А куда неприятнее было то, что под таким углом он на ситуацию не смотрел и что, если задуматься… Как-то неприглядно всё выглядело.