— Это он, — выслушав доклад подчинённого, заявил полковник. — Лесной массив, где они укрылись, сильно большой?
— Нет, — доложил офицер, — он полностью блокирован, но солдаты туда не заходят, получен приказ сверху. Хотели подтянуть артиллерию и вызвать авиацию, но пока жду дальнейших распоряжений.
— Мою группу поднять по тревоге! — Приказал полковник. — Немедленно выдвигаемся, скоро русские начнут наносить контрудары.
— Всё, обложили нас основательно, выдохнул капитан и недовольно посмотрел на меня. — Зачем ты влез? Говорил же, ничем хорошим это не закончится.
— Не тебе решать, собака, чем господин занимается! — Зло рявкнул Юра, от возмущения позабыв назвать меня как полагается в этой стране.
— Очень странно, товарищ капитан, слышать от вас такие речи, — возмутился я. — Я присягу не давал, а защищаю народ от немцев, а ты постоянно бурчишь, как будто тебя тревожит то, что я уничтожаю фашистов.
— Ты слишком ценен для страны, — проворчал он. — Ладно, чего уже теперь обсуждать, что делать будем?
Зажали нас на самом деле основательно, сотрудники НКВД перебили немало фашистов, не жалели никого, да и после увиденного жалеть их не стоило. Сразу уходить не стали, три часа немцы вообще ничего не предпринимали, постреляли в нас танками с большого расстояния и на этом всё. Потом их отвлекли наши солдаты, всё же в штабе знали о прорыве, поэтому бросили резервы на его ликвидацию. Как уже было сказано, лес был небольшим, выжившие беженцы успели его пересечь и выйти с другой стороны. Там тоже сильно стреляли, но кому-то удалось прорваться к своим, именно оттуда пришли наши солдаты. Едва мы получили известие о том, что можно уходить, как тоже рванули в противоположную сторону.
Только ничего хорошего из этого не вышло. Солдат, которых бросили в бой командиры нашей армии, уже смяли, силы были слишком неравны. В общем, зажали нас основательно и уже начали подтягивать дополнительные силы, и не только пехоту, но и технику. В лес, точнее в рощу, фашисты не совались, видно сильно мы их шуганули. Даже бойцы НКВД смотрели на меня с некоторым уважением, не ожидали, что смогу выкинуть подобное.
Ещё одна проблема была с нашими строптивыми девушками, не пожелавшими уходить с остальными беженцами. Ладно Васька, она ещё совсем молодая и глупая, возможно, думала, что мы непобедимые, но вот Катерина. Хотя её нельзя винить в глупости, я ведь пообещал вырастить руки, вот и не стала уходить, справедливо решив, что есть вероятность никогда меня больше не найти. Хорошо, что беженцы забрали с собой раненых, правда, у нас в строю сейчас было пять бойцов вместе с капитаном, две девушки и я со своим охранником. Так себе силы, особенно если учесть, что о нашем присутствии знают и явно не собираются отсюда выпускать. Обложили со всех сторон, прорваться или уйти незаметно не было никакой возможности.