— Это ещё что за шарлатан? — Недовольно спросил какой-то мужчина, когда я к нему подошёл.

— Врач, — бросил я. — Ну или шаман, целитель, выбирай любое название.

— Без твоей помощи обойдусь, — проворчал он.

— Обходись, — невозмутимо пожал я плечами и пошёл к следующему больному, пока старший лейтенант что-то говорил болезному.

— Вы что тут устроили? — Снова начал ворчать он, только уже на Звягинцева. — Кого вы к раненым допускаете? Вы лучше узнайте, откуда он таким фокусам научился. Получается, не всю шваль ещё перебили, наложением он лечит!

Всё же Звягинцев его уговорил, а после подошёл ко мне и попросил вылечить и этого ворчуна.

— Перетопчется, — усмехнулся я. — Лечите его по старинке.

Не обращая внимания на возмущение людей, я вышел из палаты, даже доктора грозно нахмурились, похоже, какой-то важный чин. Настаивать не стали, а мы продолжили обход уже более скромных пациентов — нижних чинов и простых солдат. Раненых было очень много, будь здесь ещё с десяток таких же как я и всё равно не смогли бы всем помочь. Машины то и дело подъезжали с новыми пострадавшими во время боёв, не только с солдатами, но и с мирными жителями. На всех у меня просто не хватало сил, а ведь лечил только самых безнадёжных. Сколько тут было с менее опасными травмами вообще не счесть.

Больниц в Смоленске было полно, работы хватало. Наши войска то наступали, то отступали, вели тяжёлые бои, не давая немцам прорваться к Москве, чтобы успели подготовить столицу к обороне. Одним из дней Звягинцев протянул мне какие-то бумажки.

— Что это такое? — Удивился я.

— Без документов нельзя. Теперь ты и твой охранник — военные врачи, — сообщил мне Звягинцев. — Гордись.

— Спасибо, а можно мне лучше бумагу, что я иностранный господин? — Полюбопытствовал я.

— А чем тебя не устраивает Советский Союз? — Нахмурился мужчина.

— Не хочу никому подчиняться, — пожал я плечами. — Лечить продолжу, но кланяться в ноги каждому генералу не собираюсь.

— У нас не царская армия, — усмехнулся старший лейтенант, — так что…

— Насмотрелся уже. Не думаю, что некоторые ваши генералы ведут себя лучше, чем царские. При всём моём уважении ты и сам это видел, не нужны мне такие бумаги.

— Держи, — сунул он их мне. — Никто тобой особо командовать не будет, ты у нас на особом счету.

— У кого это у вас?

— У НКВД.

— Ладно, — вздохнул я. — Дальше видно будет, что с этими бумагами делать.

В одном из госпиталей я встретил старого знакомого, причём он очень обрадовался, когда увидел меня, Юру и Ваську.

— Артём Дмитриевич! — Воскликнул я, зайдя в палату. — Вот уж не ожидал тебя тут увидеть.