За прошедшую ночь мой резерв немного увеличился. Вообще я хотел пойти в бой только в том случае, если у меня полностью восстановится вся магическая сила. В подобной ситуации я не был, так что не мог сказать, как долго будет длиться этот процесс и, наверное, просто бы выжидал. Его никак не ускоришь, можно выжимать себя досуха, но из этого всё равно ничего не выйдет.

Вернулся Смирнов со своими бойцами через три дня, когда я уже сам устал сидеть в этой канаве. На этот раз мы их заметили, они пришли ночью, когда вокруг нашего невеликого лагеря стояла маскировка. Я толкнул Юру и указал ему глазами, где опасность, он сразу же понял и скрылся в темноте. Выскакивать на нас майор не пожелал, послал одного из своих разведчиков, точнее пограничников, чтобы по-тихому предупредил. Мало ли, вдруг мы шмалять начнём, у нас ведь было оружие, и командир нам даже показал, как им пользоваться, а мы за это поделились с ним патронами. В общем, пограничник был сильно удивлён, когда его схватили сзади, а после приставили к горлу нож. Вернуться обратно смогли только четыре бойца, трое получили ранение, а одного несли на собранных наспех носилках.

— Что, не получилось прорваться? — Посочувствовал я усевшемуся около меня майору.

— Не получилось, — вздохнул он, — всё перекрыто.Повезло, что нам удалось уйти. Видели, как немцы перебили одну группу окруженцев человек сто, даже артиллерию подтянули. Похоже, много таких как мы тут бродит.

— А я тебе говорил, что пока сражение за Минск не закончится, лучше не вылазить, — не смог удержаться я. — Скоро подтянутся тыловые части, там не такие серьёзные вояки, вот их можно будет пощипать.

— Это тебе просто говорить, ты неизвестно кто, а я должен страну защищать, да и они тоже, — огрызнулся Смирнов, но тут же переменил тему и указал на раненого пограничника. — Он жить будет?

— Конечно, вы же смогли его до меня донести, а я не припомню, чтобы на моих руках кто-то умирал.

— Костя сильный маг, — закивал мой охранник. — Если сказал, что вытащит из-за грани, то так оно и будет.

Юра вообще был рад, что нас стало больше, скучно ему было. Из меня собеседник так себе, постоянно о чём-то думал, а он болтал с Василисой, которая, как оказалось, вскоре расслабилась и тоже чесала языком без умолку, постоянно смеясь над акцентом охранника. Совсем недавно боялась на него смотреть, как на человека, снёсшего немцу голову, а тут совсем расслабилась, но это хорошо. Один из моих плащей Юра выпросил для девочки, теперь она его почти не снимала, ночью в канаве было прохладно, а плащ мог согреть. Вообще нам не помешает обустроить как-нибудь лагерь, сдаётся мне, что мы тут надолго. В деревни пока соваться не стоит, нас там быстро всех обнаружат и перебьют. Я немного помнил историю, мне было известно о том, что предателей в это время хватало. Некоторые только и ждали, когда придут немцы, а потом сразу же шли к ним на службу, притесняя своих же земляков.