— Иду?

— Да. А я к музыкальному автомату, выберу песенку позабористее.

— Ах, вот на что ты нацелился! Использовать текст песни вместо вербального воздействия для внушения каких-то действий?

— Ага. Интересная ведь мысль.

— Пожалуй. Только, пожалуйста, не порть нам номикай, не надо кровожадных песен.

— Ну, ваш ход, говорите про что должна быть песня, я поставлю.

— Про любовь.

— О! Точняк! — У Ронина глаза загорелись. — Это самая лучшая проверка массовой суггестии. Перетрахаются они под песенку или нет.

— Там одни мужчины. Вряд ли песня про любовь побудит их заняться гомосятиной. Все песни о любви мужчины и женщины.

— Ну, я что-нибудь подберу, — ответил Ронин. — Идите уже, а то я сдохну от нетерпения.

Такэда соскользнул с табурета и направился мимо бильярда в туалет, а Ронин перебрался к музыкальному автомату и стал внимательно изучать список имеющихся композиций.

Вскоре Такэда вышел из туалета и остановился у бильярда, делая вид, что заинтересовался игрой, а на самом деле включив приборчик. Ронин к этому времени выбрал песню и коснулся нужного сенсора. Заиграла синтетическая композиция в стиле джи-поп, а затем девушка запела высоким, но чистым голосом о том, как парень скучает по девушке, уехавшей по делам в другой город. Когда же прошло сорок секунд, игроки на бильярде впали в ступор, а еще секунд через десять девушка затянула припев:

Она тебя бросила,

Теперь удовольствие

Сам себе доставляй!

Сам себе доставляй!

Давай, не робей!

И рук не жалей!

Ее ты прости,

И сам не грусти!

Припев пошел по второму кругу, и шестеро мужиков, стоящих у бильярда, как по команде спустили штаны и принялись сами себе доставлять удовольствие. Такэду едва не вырвало, он поспешил пересечь зал и оказаться рядом с Ронином.

— Это по-твоему про любовь? — шикнул Такэда.

— А про что это?

Постепенно до сидящих за столиками начала доходить суть происходящего. Кто-то пьяно заржал, девушки завизжали и, зажмурившись, побежали в сторону гардероба.

— Эй, мужики, вы что, умом тронулись? — окликнул игроков бармен.

Те никак не отреагировали, продолжая неистово наяривать под ритмичную музыку.

Несколько мужчин выскочили из-за столиков, сбили с ног игроков и принялись их мутузить ногами.

— Ну, бильярд не успели забрызгать, уже хорошо, — произнес Ронин.

— Эй, ты! — окликнул его кто-то из раззадорившихся потасовкой посетителей. — Что за песню ты включил?

— Песня, как песня, — спокойно ответил Ронин. — Тебе что, мама не ее пела вместо колыбельной?

— Чо? — мужик вытаращился на Ронина, пьяными глазами и бросился в бой, как бык на тореадора.