— И естественно, передать вам ноу-хау? — вкрадчиво спросила она.

— Да, — без тени сомнения ответил Утияма-сан.

— Нет, — улыбнувшись ответила Мизуки.

— Назовите вашу цену! — потребовал представитель «Токубы».

— Не продается, — сказала она, с удовольствием наблюдая цветомузыку и гримасы на лице Утиямы.

— И все же?

— Не продается, — повторила она. — Это мой патент, и я вам отказываю.

— Я бы советовал вам хорошо подумать, — сказал Утияма-сан. — Назовите вашу цену, и я поговорю с главой клана о ней.

— Я все сказала. Разговор окончен.

— Зря вы так, — попенял ей Утияма-сан, пряча бумаги обратно в кейс. — Вы представляете, кто мы?

— Это можно расценивать как угрозу? — вступил в разговор Ронин.

— Ну что вы, что вы, — улыбнулся Утияма-сан и приподнял руки, словно сдаваясь. — Ни в коем случае! Просто я предлагал вам выгодную сделку. Предлагал.

Вот только ей не понравилось, что проскочило на лице Утиямы перед фальшивой улыбкой. Волчий оскал.

— И больше естественно не предложите, — предположила Мизуки.

Утияма-сан лишь загадочно улыбнулся.

— Прошу меня простить, я вынужден вас оставить. Дела, знаете ли…

— Проводи, пожалуйста, Утияма-сан до машины, — сказала она Ронину.

Тот кивнул, и открыл дверь переговорной.

— Прошу вас.

Когда Ронин, проводив визитера, вернулся, то застал недобро улыбающуюся Мизуки, сцепившую пальцы, сидя за столом.

— Я думаю, они еще вернутся, — сказал он.

— Да естественно, — ответила она. — И как бы не сегодня.

— Сэнсея будем извещать?

— Конечно, — она немного изумленно посмотрела на него. — Он должен быть в курсе.

— И, я так понял, будем ждать гостей и готовиться к приему?

— Да, — вздохнула она. — Ну вот не живется некоторым спокойно…

— Это свойство человеческой натуры. — Он пожал плечами. — Не поимеешь — не проживешь.

— Только вот некоторые преувеличивают размер своей имелки, — опять вздохнула она. — Посмотрим, что предпримет противник.

Ну что у них за мода на байкерские банды, ни ума, ни фантазии!

Получив сообщение от Мизуки я понял, что сегодня ей придется туго. Хотя это как посмотреть, пару десятков нападающих она могла спокойно и не напрягаясь уложить сама, но это было бы слишком просто и легко, к тому же нам нужен был язык, который бы порассказал нам чего-нибудь, что мы не знаем. Вряд ли, конечно, а вдруг?

Поэтому мы выдвинулись пораньше, еще до тех пор, как стемнело. А наживка есть, ну конечно же наша госпожа бизнесвумен, которая — внезапно! — задержится по делам фирмы на работе задолго после конца рабочего дня, и что самое главное, совершенно одна. Ну не лакомая приманка? Даже я испытал бы соблазн прихватить ее за мягкие интимные места, ну а уж посланные по ее душу наемники — тем более. А что кого-то пошлют — я даже и ни минуты не сомневался, куй железо не отходя от кассы. Если не получилось получить от нее патент за дошик и «спасибо», то следующий этап предполагал терморектальный криптоанализ с подписанием договора о передаче патента «Токубе» — и, как я подозревал, не только ей одной. До тех пор, пока она не поставит свою подпись под договором, ей ничего кроме группового изнасилования не грозит, ну может только еще ноги и ребра переломают, руки оставят, без них она подписать не может. А потом фабрика внезапно вспыхнет, и единственной пострадавшей будет ее владелица, чье скрюченное от жары тело найдут под руинами. И никто не будет разбираться, особенно если занесут комиссару или суперинтенданту — все путем, несчастный случай, замыкание электропроводки или еще что там, в постели, например, курила. Вот только это могло бы прокатить — да и прокатывало — с обычной несчастной, рискнувшей основать собственный бизнес и двигать патенты, от которых у дзайбацу возникали ощущения остро наточенного серпа у первичных половых признаков. Иссо Есида порвала бы этих гопников на тряпки сама, но тут нужен воспитательный момент, да и видеотеку для нравоучительных материалов пополнить надо. Я, конечно, сомневался, что наезд будет особо масштабным — Токио не Кабул или Порт-о-Пренс, здесь гуманоидам с автоматами вряд ли дадут побегать по улицам. Но пресечь это в зародыше стоило.