позже остальных. – Значит, можно предположить, что портальщики – специальность достаточно редкая. Надо узнать, – заключил он и снова сел. Я ушла в свою комнату, но долго не могла уснуть. Мысли крутились вокруг случившегося, и никак не получалось представить себе, как мы будем жить дальше. * * * К нашему появлению в клинике мама не очнулась. И к вечеру тоже. И на следующее утро. По лицу лечащего врача стало понятно, что в ближайшее время изменений ждать не приходится, и папа задал ему прямой вопрос. – Доктор Фурно, мы должны считать, что это кома? – Да. Слишком мало мы знаем об этом, вообще о мозге, но на мой взгляд… – Доктор, пожалуйста, давайте без кружева. Какие-то ваши или наши действия могут повлиять на состояние Ольги? Фурно пожал плечами. – Зовите её. Считается, что тот, кто находится в коме, слышат происходящее вокруг. Переломы заживают хорошо, обследование не показывает никаких изменений в мозгу… – Ясно. Спасибо. Пробормотав что-то, доктор отошёл, а отец повернулся к нам. – Что делать будем? Мы с Максом переглянулись, и брат сказал осторожно. – Будем звать, что ещё. Давай сейчас я пойду, а вы пока кофе выпейте что ли. Кать… – А? – Расскажи про записи. – Само собой, – я фыркнула и сжала ему руку. – Записи? – спросил отец, когда мы уселись в кафетерии с кофе и какими-то булками. – Камеры вертолётной площадки, – пояснила я. – Они записали сам момент… катастрофы. И, пап, мы с Максом уверены, что это Ромея. Конечно, пришлось объяснять на пальцах, потому что показать запись здесь и сейчас было невозможно, но отец всё понял моментально и как-то закаменел. Вот только что была в его лице даже растерянность, а тут весь собрался, потемнел… В общем, мне стало понятно, отчего с ним мало кто решается спорить в агентстве. – Так… Ты поела? – Да. – Тогда пошли. Ты поговоришь с мамой, а мы с Максом кое-что предпримем. Глава 16 Ну, вот он, результат их решений: я слышу даже сквозь тройные отельные окна оркестр и шум толпы, празднующей карнавал в пятьсот шестьдесят шестой раз. Три дня назад Макс с папой улетели в Москву, чтобы, по папиным словам, «обрубить все хвосты». Это означало, что дела в агентстве будут переданы на неопределённый срок отцову заместителю, а брат должен поехать в университет, чтобы оформить себе и мне академический отпуск. Сегодня они должны вернуться в Люцерн. Сегодня в клинике Святой Анны должны опробовать на маме ещё какой-то, совершенно инновационный метод выведения из комы. Доктор Фурно обещал позвонить мне сразу же, как только они получат результат