и левую, и сказал, глядя в глаза: – Извините меня, дорогая, я должен покончить с этим вопросом. Прошу всех вернуться в зал! Мессере Василис… – Доставлю, – буркнул маг. Даже не знаю, на что больше был похож Корнелий, плывущий по воздуху следом за Василисом на хорошо видимом мне сером шнуре – на воздушный шарик или всё-таки на собачку? Наверное, всё же на шарик, но такой… поддельный, не радостный. И снова в зале совета собралась пёстрая и разнородная компания – король, его королева и ближайшие советники, они же личные друзья, они же подсудимые, королевский маг и его неожиданные мимолётные ученики, они же сыщики из другого мира… Ладно, всё это уже не очень важно, главное – что завтра утром мы наденем джинсы и куртки, возьмём свои сумки и рюкзаки и отправимся домой. Почти домой, потому что Авгурион так и не сказал, в какой стране Европы нас высадит зеркало. Корнелий в зал вошёл. Сам. Что же, надо отдать должное мессере Василису, даже личного врага он не стал унижать, таща его за собой связанным и недвижным. Кто-то неведомый уже подготовил сцену для последнего акта этой пьесы: кресло для короля, кресло для королевы, ряд стражников у стены напротив, зрители справа и слева… Усевшись на своё место, доминус окинул взглядом зал. – Итак, мой совет в данном составе собрался в последний раз. И я, волею богов владетель всех четырёх пределов Ромеи, прошу и требую предстать передо мной и собравшимися моих доверенных советников. Мессере Авгурион, вызовите их. – Тит Корнелий Секунд! – провозгласил он торжественным голосом. – Тиберий Афраний Стелла! У Корнелия, наверное, заклинило мозги от страха, и он попытался спрятаться за спиной могучего адмирала Вария Сеяна. Тот фыркнул и вытащил бывшего коллегу за шиворот, подтолкнув в сторону выстроившейся стражи. Афраний помедлил, потёр запястья, словно проверял, не появились ли ещё на них магические кандалы, но шагнул вперёд сам. В зале стало так тихо, что, кажется, можно было бы услышать падение снежинки за окном. – Вина ваша определена и доказана, – проговорил Август Асперус негромко. – Вы много лет были коллегами, партнерами, друзьями Люциусу Галлиусу Квадриону, но он мог помешать вам получить огромные деньги от строительства дороги в Северной провинции. И всё это – дружба, партнерство, совместная работа, было забыто. Простить вас я не могу, но много лет вы были моими верными советниками. Поэтому я могу позволить самим выбрать своё наказание. Афраний, – кивнул он. Тиберий Афраний Стелла шагнул вперёд. Вернее, шагнул бы, если бы