— Привет, Алина.

— Я вам советую больше так не делать. Тут весь город на ушах из-за ваших экспериментов.

— Не понимаю о чём ты, — вальяжно бросил я. — Мы дома, уроки делаем.

— Знаю я, как ты уроки делаешь, — на той стороне послышался недовольный вздох. — Тут везде тревога, режим повышенной бо-е-го-то-вности, — по слогам выдала подруга. — Все службы из-за вас подняли.

— Я же тебе русским языком говорю…

— Я каждый обеденный перерыв в школе слушала вашу трескотню об этих бомбах, взрывах, про-пор-циях, которые, мы, кстати, в школе еще даже не проходили. Так что ты мне зубы не заговаривай, — деловито заявила Белорецкая.

— В общем, ты меня от учёбы отвлекаешь, — ответил я и уже хотел прощаться, но Алина меня перебила.

— Ой, кому ты сказки рассказываешь? Ладно… я чего звоню-то — на новогодние праздники, третьего числа, приглашаю вас в наш загородный дом.

— А разве это не загородный дом? — удивлённо спросил я.

— Ну-у… это обычный. Там другой, большой, со всеми удобствами. Там будет весело, горки для меня сделали, канатную дорогу. В общем, буду рада, если вы с Максимом поедете со мной.

— А папа? — нахмурившись, спросил я, помня отношение графа ко мне.

— С ним я договорилась. Если честно, это он предложил мне взять друзей, — добавила подруга.

— А ты уверена, что речь шла именно о нас? — не сдержавшись, хохотнул я.

— Ты за это не переживай. Главное, больше ничего не взрывайте, — под конец бросила она.

— Да не мы это!

— Всё, пока.

Два дня назад

Встретившись с Максимом перед школой, мы безмолвно переглянулись и, оглядевшись по сторонам, стали шептаться. Приходилось это делать, чтобы дядя Слава, управлявший автомобилем, ничего лишнего не услышал.

— Надо сделать ещё одну, — начал товарищ.

— Ну допустим. Но что-то не хочется повторно вызывать в селе такой переполох, — почесал затылок я, критично рассматривая предложение товарища.

— Да ты не переживай. Мы её на Новый Год и взорвём, под шумок со всеми. На фоне общего праздника, салютов и взрывов новогодних хлопушек, особо никто и не заметит.

— Хм. Ну если только так… — задумался я.

Откуда в нас была эта тяга к подобному «творчеству», я себе не смог объяснить и в будущем. Просто свербело в заднице и хотелось повторить этот взрыв — и всё. Магний мы точить, кстати, уже перестали, а вот упражняться во владении своей маной, как её называл товарищ, нет.

— Слушай, — уже перед самой школой, остановил меня друг, — как думаешь, а что будет, если к смеси наших стихий добавить ещё и Алинкину?

— Думаю, кому-то хорошенько набьют жопу, — хлопнул я по плечу Максима.