Ну а по стене шахты шла выступающая винтовая лестница, по которой можно было «спуститься вверх». А если в нормальном восприятии, то, понятное дело, вниз.

Вот только от края шахты до неё было метров двадцать. А высота зала — не меньше десяти метров. И при падении с такой высоты костей не соберёшь…

— А если мы упадём и разобьёмся? — закономерно обеспокоился Федя, вытянув шею и осторожно глянув вниз.

— Знаешь, самым обидным будет, если мы заново попадём в начало всей этой ерунды… — вздохнул Андрей. — Тогда придётся бежать обратно. Быстро, очень быстро бежать. А быстро при такой хреновой планировке не побегаешь.

— А если не в начало, а просто смерть? — сглотнул комок в горле Федя.

— Ну… Это не самое страшное, что может с тобой произойти. Поверь человеку, который один раз уже помирал! — ободряюще улыбнулся Андрей. — И вообще, не дрейфь, малец, придумаем что-нибудь…

Однако на сей раз придумал не он, а я.

Надо сказать, этот зал очень напоминал тот первый, где начинался путь по лабиринту. Здесь тоже имелись два прохода в потолке. А ещё были статуи, правда, растущие из пола и обращённые вниз головами.

Вот на статуи-то я и начал указывать, мигая огоньками, Андрею и Феде.

Суть моей идеи была проста. Жаль, донести её морганием огоньков оказалось сложно. А то, что очевидно одному, не всегда очевидно другому. Поэтому мне пришлось потратить с десяток минут, прежде чем эти двое догадались, какую именно авантюру я им предлагаю.

А я предлагал использовать статуи, чтобы оказаться ниже. И уже из этой позиции попробовать закинуть верёвку с крюком на лестницу в центре. Если глаза Феди меня не обманывали, из днища лестницы выступали рёбра жёсткости, за которые можно было зацепиться.

Но это всё хорошо в теории. А ты попробуй сначала спуститься по статуе на три метра вниз, а затем — докинуть крюк до лестницы, расположенной в двадцати метрах от тебя и на четыре метра выше.

И всё это, уже болтаясь в неудобном положении.

Просто на то, чтобы спуститься, а затем повиснуть на статуе, ушло не меньше получаса. Делал всё, естественно, Андрей. Федя так боялся высоты, что не смог заставить себя начать спуск. Хотя вначале, конечно, и рвался в бой.

Андрею пришлось тяжело. С его-то массой, тем более. Статуя была нанизана на металлические штыри. И когда к её весу добавился вес человека, она начала с этих штырей соскальзывать вниз, опасно раскачиваясь. И пусть у Андрея была страховка из куска верёвки, но я даже не представлял, что за дивные ощущения он испытывал во время спуска и метания «кошки».

Ну и, естественно, ни с первой, ни со второй попытки крюк закинуть не вышло. В итоге, Андрей сделал не меньше двадцати бросков, прежде чем приноровился кидать в нужную сторону и с нужной силой. Тем более, перевёрнутый зал и сам по себе постоянно обманывал наши чувства.