— Ну я бы не сказал… — ответил Федя, как мне показалось, из чистого упрямства. — Ничего так, живенько…

— Ага, живенько… Обрати внимание, какое здесь всё обшарпанное. Плитка на полу выцвела… — Андрей начал тыкать пальцем в подмеченные им детали. — В стенах и потолке есть трещины… Барельефы частично отбитые… Оглянись: это место разрушается. Как и тот город, откуда мы всегда начинаем. Как и, между прочим, предыдущий лабиринт.

— И ты думаешь, такое место существовало на самом деле? — задумался Федя.

— Думаю, и этот вариант нельзя исключать, — покачал головой Андрей. — Я как-то ходил в развлекательную комнату, где всё было огромным и как будто повёрнуто на девяносто градусов. И, скажу я тебе, это незабываемые ощущения. Вот и этот лабиринт, мне кажется, напоминает что-то эдакое.

— А что будет, если коридоры ещё больше наклонятся? — спросил Федя. — И как быть, если коридор снова уйдёт вертикально вверх?

— Идти можно по стенам, по бывшему потолку, который станет для нас полом… — пожал плечами Андрей. — А вот если коридор будет уходить вертикально вверх… Ну тогда рискнём залезть. Верёвка с «кошкой»-то имеются.

Пока Федя и Андрей шли дальше, я успел обдумать версию старшего в нашей компании. И вынужден был с ним согласиться. Тот, кто создавал лабиринт, невольно оставил подсказку, где можно выбраться.

Теория Андрея была, конечно, небезупречной. Зато хотя бы объясняла логику места, куда мы попали. Мне вот было неясно, к примеру, где искать выход. Значит, оставалось только довериться Андрею и молиться, чтобы он не ошибся. Иначе мы отсюда не выйдем. Судя по всему, этот лабиринт был фантастически огромным.

Пусть нам и дали на него двое суток, но если всё тут тщательно проверять, их не хватит. А вот поискать выход наверху, наверно, время останется. Тем более, судя по длине вертикального коридора в первом зале, этот верх был не так уж и далеко. Просто добраться до него по прямой не выходило. Приходилось искать проходы, где мы хотя бы не сползали вниз.

Было по пути и несколько особо неприятных мест, где Андрей и Федя ползли по такому крутому склону, что одно неверное движение — и поедешь вниз. Там я их страховал, расходуя теньку и ставя поперёк коридора щиты, которые обычно применяют против физических атак. Пусть ненадолго, но на такой щит можно было опереться, прежде чем он развалится.

Мне в этом путешествии грозили лишь приступы клаустрофобии. А вот у Феди порой начинала кружиться голова от дезориентации в пространстве. Мозг не мог сопоставить увиденное с тем, что объективно и субъективно чувствовал. Однако это всё было не страшно.