Но всё это была совершенно далёкая от меня тема. А чтобы прояснить вопрос детальнее, надо было добраться до Псковича.
Помнится, этот парень с удовольствием общался на подобные темы. Да и друзья у него наверняка имелись, связанные с этой областью… Всё-таки он не только механикой занимался, но и электроникой не брезговал.
Честно говоря, то утро стало последним спокойным за весь последующий месяц. Как и всегда с отложенными делами, рано или поздно они наваливаются все разом. Да ещё и так, что лишний раз вздохнуть бывает некогда.
Ремонт…
На самом деле, у меня их случилось сразу два. Пришлось разбираться и с домом в Стрелецком углу, и с особняком на Мощёной улице. И там, и там требовались вложения, поиск подрядчиков и нескромные выплаты из наших скромных запасов.
К счастью, нанятые ватаги рабочих, даром что из глухих углов, своё дело знали. И работали на совесть. Тем более, платили мы с Авелиной хорошо и на материалы не скупились. Но если дом в Стрелецком углу привели в порядок довольно легко, то со старым зданием на Мощёной пришлось повозиться…
Переделать в особняке надо было так много, что легче снести и построить заново. Ну а снести-то мы ничего как раз и не могли. Вот и выкручивались, согласовывая с рабочими самые безумные идеи.
К слову, Дашковский обещание выполнил. 25 ноября мы с Авелиной получили документы на всё раменье, примыкающее к нашему дому. Чтобы понять, как это разозлило чиновников, достаточно было прочитать их сопроводительное письмо. Оно буквально сочилось ядом в каждой своей строчке.
Суды…
За этот месяц мне их хватило на всю оставшуюся жизнь. Благо, Пьер взялся за дело с энтузиазмом заскучавшего фанатика. Иск о клевете… Иск о нанесении урона чести и достоинства дворянскому роду… Иск о хищении средств и пересмотре условий дарения особняка…
А навстречу нам полетел иск о присвоении историко-культурных ценностей. А от Полицейского Приказа — обвинение в сокрытии улик, а также данных о местонахождении клада.
К счастью, с помощью Ждана Афанасьевича Попросного я вышел на некоторых осведомителей Ишима. Вместе мы подняли, как сказали бы в мире Андрея, такую информационную волну, что объявившие мне войну чиновники боялись лишний раз чихнуть.
А под них, тем временем, уже копали сразу три следственных конторы. И компромат они собирали не только на самих чиновников, но и на ту их ближайшую родню, что не стеснялась нарушать закон и нормы морали.
При этом часть сведений, не являвшихся большой тайной, но слегка подзабытых обществом, мы слили сразу же. Передали нужную информацию популярным сетевым дневникам, которые активно читали жители Ишимского княжества.