— Думаешь, люди их положения позволяют себе такое? — удивилась Авелина.

— Лин, ты знаешь… Вот именно в их положении такое себе позволяют чаще, чем кажется. Это работяга с завода, или дьяк из делового предприятия крутится, как белка в колесе, из сил выбиваясь ради семьи. А многие из таких, как эти трое, уже всего наелись. Ну а теперь им хочется больше. Им хочется запретного. И уж если поймаешь на таком, хватай за кокушки. И сжимай, пока он, зараза, пищать не начнёт…

— Федя, а тебе точно девятнадцать лет? — наклонив голову вбок и глядя на меня распахнутыми глазами, уточнила Авелина. — Потому что я тебя сейчас самую малость не узнаю…

Упс! Попаданец прокололся, внимание, попаданец прокололся! Код коричневый! Пора стирать исподнее! Андрей, засунься обратно!

— Не люблю я таких… С детства! — нашёлся я.

— Может, попросим Бубна, чтобы вмешался? — побарабанив пальчиками по столу, выдвинула предложение Авелина.

— Нет, его мы в это втягивать не станем… — я покачал головой. — Бубен поможет бить по рукам тех, кто превышает свои полномочия. А то, что предлагаю я… Наверняка опричники и этим иногда занимаются. Однако это не совсем законно. Да и нехорошо может выйти: он сам предъявит чиновникам свои обвинения, и все будут видеть, что это не мы ответили, а опричнина. А сами мы ничего из себя не представляем.

— А все должны видеть, что ответили мы… — кивнула Авелина с очень серьёзным лицом.

— Не видеть! — поправил я её. — Догадываться. Однако же не иметь на руках доказательств. Иначе нам тоже могут ответить. А зачем нам такое? Лучше собрать сведения, а затем, что называется, слить их в открытый доступ.

— Но люди всё равно поймут, что это сделали мы, — ещё не понимая концепции, нахмурила брови девушка.

— Поймут, — кивнул я. — Но предъявить не смогут. Зато все будут видеть, что наш род может за себя постоять. И сделать это так, что нет никакой видимой причины к нам придраться. И, поверь, как тебя испугал этот удар в СНО, так и все остальные испугаются нашего ответного удара.

Не так давно я наткнулся в сети на сетевую волну «100», которая вещала откуда-то из Серых земель. И именно эта находка впервые навела меня на мысль о том, что у местных сетей есть теневая сторона. Я вроде бы смирился с тем, что здесь нет анонимности, но до конца принять этого не мог. И вот сюрприз — есть она. Просто со своими особенностями.

Об этом упоминал царь, об этом говорил Иванов. И я понял, что если хочешь обнародовать какие-то данные, не засветившись, то смотреть надо на север. И землю там надо иметь, чтобы поставить запасной сервер, через который можно анонимно сидеть в сети.