— Было пять, — Варфоломей поднял кривой коричневый палец, присаживаясь, и указал в сторону низкого оранжевого неба, — теперь цена выросла. Нашептали мне о ваших подвигах. Шесть сотен. Не меньше!

— А если я сейчас своего друга попрошу, — Чингиз кивнул на Булку, — и он тебе тут всех твоих крыс перетопчет?

— Всё. Я с вами не разговариваю. Проваливайте, — старик, как-то по обезьяньи помогая себе руками, развернулся спиной к дознавателями и стал смотреть в стену. Его шуба на спине была заляпана белой краской.

— Варфоломей, — тихо позвал его Иван, — а Варфоломей? Мы тебе хэппи мил принесли.

Старик резко повернул голову, подозрительно оглядывая капитана.

— Ну хорошо, не хэппи мил. Пирожков, — Иван поднял руку с пакетом, в котором масляно блестели золотистые пирожки. — Горячие. Угощайся, дружище.

Старик с неожиданной прытью подбежал к капитану, схватил пакет и сел в уголке, разглядывая содержимое пакета.

— С капустой? — подозрительно спросил он, поправляя корону.

— С картошкой, — с улыбкой сказал Иван.

— Пойдет, — после секундной паузы ответил старик и стал уплетать добычу.

Съев несколько пирожков и угостив кусочком еды свою крысу, Варфоломей повеселел.

— Ладно, сволочи. Давайте пять сотен, узнаю я про вашего Угрюмова.

— Вафа, в первую очередь нас интересует Тайга, — протягивая чипы, сказал Иван, — Угрюмов нам нужен как человек, который может на нее или на него вывести.

— На нее, — проскрипел дед, — Тайга это точно она. Мы слышали.

— А что слышали?

— Слышали, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Эх, чипики мои, чипики, — старик радостно перебирал доставшиеся ему карточки, — завтра подходите, к вечеру поближе, будет вам и Тайга, и Дед Мороз, и северные олени с гномами вперемешку.

— Точно будет?

— Пффф, — фыркнул Варфоломей, — как всегда. Я тебя хоть раз подводил? И этого вот, — он тыкнул пальцем в сторону Чингиза, — больше не приводи. Я его не люблю.

Робот только усмехнулся.

Свет реклам проникал сквозь жалюзи в темную комнату. Несмотря на ночь, от недалекой автострады шел слабый гул. На секунду комната озарилась светом проносящегося мимо коптера. Наполовину закрытая висящим плащом, певица с плаката вспыхнула ярким красным пятном. В комнате был порядок, приятно пахло легкими благовониями, а мусор, раскиданный по углам, куда-то исчез. Иван задумался: как это женщинам удается? Всего день в квартире, а берлога превратилась в приличное место. Насколько может быть приличной съемная однушка в улье спального района.Татьяна лежала на его плече, задумчиво рисуя пальцем какие-то замысловатые узоры. Было немного щекотно.