Избирательная комиссия Городской области.
— И что это такое? — один из членов комиссии, которому выпало проверять комплектность документов, выложив на середину стола фотографии кандидата в депутаты Кросовской, которые должны были пойти на официальный избирательный плакат.
— Я что вам не нравится? — я осторожно перевернул фотографию: — По-моему, очень мило.
Умел, все-таки, корреспондент областной «молождежки» делать фото. От Ирины на этой фото были только глаза над медицинской маской. Огромные, красивые глаза.
— Где лицо кандидата и при чем этот ребенок?
— Лицо кандидата здесь. — острожно, чтобы не оставить пятна на фотографии я обвел в воздухе воображаемый овал: — А ребенок — это маленький пациент, которого доктор Кросовская несет в карету «скорой помощи», чтобы быстрее доставить в больницу. Кстати, ребенок, благодаря вовремя оказанной помощи, доставлен в больницу живым и уже скоро будет выписан.
Товарищи! — взвыл чиновник избирательной комиссии: — Нет, ну вы слушали этого молодого наглеца? Смотрите, какие фотографии он принес и пытается мне всучить!
Под возмущенные вопли собравшихся у стола членов комиссии, я встретился глазами с председателем комиссии, которая, еще совсем недавно, преподавала мне в университете конституционное право и теорию государства и права.
Я понимаю, в чем было возмущение сотрудников и членов избирательной комиссии. Среди сотен фотографий кандидатов в депутаты, где преобладали самодовольные лица городских и областных начальников, в одинаковых темных костюмах с широкими, немодными галстуками, взгляд избирателя обязательно остановится на грустных глазах современной мадонны, спасающей ребенка.
— Нет, товарищ! Это неприемлемо. — мне пытались вернуть фотографии Ирины: — Это совершенно неприемлемо!
— Да почему? Что вас не устраивает⁈ — я даже убрал руки за спину, фотографии доползли до края стола и там замерли — спихнуть их на пол чиновник не решился.
— Запрещено…
— Когда и кем?
— Запрещено…
— Неправда. Я читал внимательно регламент и закон о выборах. О фотографиях там не сказано ни слова…
— Ну так мы соберёмся избирательной комиссией и разработаем регламент, где определим…
— И что вы определите? Что врач не имеет права сниматься в медицинской форме, и с пациентами на руках? А на каких основаниях? Вон, господин полковник, вполне себе в форме снялся, а тут неизвестный мне мужчина на грудь орденов и значков почти двадцать штук нацепил. Им вы тоже это запретите? Напишите, что у всех кандидатов в депутаты должны быть одинаково тупые лица, одинаковые пиджаки, рубашки и галстуки. Я вас правильно понял? Только у вас не получится — по закону о выборах, после начала избирательной компании, никакие новые регламенты или правила избирательные комиссии не имеют права принимать. Ведь я прав?