Собственно, похищения и прочее подобное веселье на станции регулярно происходило, но, со слов Тида, ни крупных боен, ни разборок. «Если будет беззаконнее, чем есть — основные жители станции её покинут», — пояснил палач. Этакий баланс между анархией и орднунгом.

А я… ну, возможно, некий риск и был, в плане нарваться на неприятности. Но такой, фоновый. «Воля мифа» действовала глобально, ей подавай эпичные битвы, сожжённые в варп планеты, а не мелкие кабацкие драки. Это было установлено критерием истины, в рамках как меня, так и тысяч отчётов коллег. И поиск «воли мифа» и его закономерностей — не последняя цель многолетнего изучении отчётов.

В общем, на маршруте от ангара до кабака и обратно — я особых неприятностей не ожидал. А если какой-нибудь еретик начнёт обзываться, так я так обзовусь в ответ, что он устанет от плевков в душу оттираться. И на спину ему плюну. И огнём сожгу, заключила моя справедливость.

Компанию мне, кроме Тида и Кристины, составляли преторианцы. Правда, с молитвами и рыданиями (машинным маслом) отвинтившие с себя многочисленные кибер-черепа механикусов. И, ныне выглядящие, как механикусы без религиозной атрибутики. Довольно распространённый «стиль» на Станции, по словам Тида — подчёркнутая нейтральность.

Наконец, челнок залетел в поистине циклопическую размерами ангарную палубу. Щит, удерживающий атмосферу, там был, но датчики челнока показали, что в столь разреженной атмосфере ходить без шлема — глупо.

И вот, челнок приземлился, ну и покинули мы его — я впереди, за правым плечом Кристина, за левым Тид, насандаливший свой неповоротный чайник шлема на самовар доспехов. Ну и преторианцы полумесяцем охватывали тылы.

Вышли мы, я окинул орлиным взором окрестности — весьма любопытно было: помимо совершенно циклопических размеров, были любопытны суда. Вплоть до полноценных тяжёлых крейсеров тоннажем, археотех Империума в различном состоянии, но и не только. Корыта друкари, корыта остроухих чуть менее гадких, которые эльдар. Явные орочьи корыта. И вообще какое-то ксенонепотребье, ни стилистику исполнения, ни даже «откуда ЭТО летает⁈» которых варп поймёшь.

В целом — довольно любопытное зрелище, отметил я, как на меня фактически налетел некий тип. Вот варп знает, что за тип: судя по телосложению и пластике — ушастый извращуга. Но каменюки душ в свете и ветре не проглядывалась, а смрадной тяжести мучительства, сопровождающего друкари — не наблюдалось тоже. Экзодит, или, чем варп не шутит, полукровка какой, лениво размышлял я, наблюдая за суетой тощего. Впрочем, пофиг, решила моя любознательность, да и прислушалась к несомому суетливым.