А здесь…

Мокрый снег бил в лобовое стекло, навевая грусть. Дорога петляла между сопками, то взбираясь на перевалы, то ныряя в распадки. Местами грунтовка превращалась в месиво из грязи и вулканического пепла. Хулиганка справлялась — регенерировала мелкие повреждения от камней, уверенно держала скользкую дорогу. И пёрла, пёрла и пёрла.

Пёрла аж целых 150 километров. А потом дорога кончилась. Я сперва подумал, что мы где-то свернули не туда. Но нет. Мы приехали в ту самую точку, куда нас навигатор и вёл. И дорога здесь действительно заканчивалась. Плюнув на всё, я пересел на Лаву и дальше полетел в гордом одиночестве. И так два с лишним часа потерял! Хулиганка, конечно, тот ещё вездеход, но мы добирались три часа до точки, до которой на Лаве я долетел бы по прямой чуть больше чем за полчаса!

Первый Курильский пролив я, честно говоря, прозевал. Задремал и не заметил, как пролетели уже остров Шумшу, и уже вот он второй пролив в длинной цепочке островов Курильской гряды.

Над проливом бушевал шторм. Волны с белыми барашками накатывали на берег, ветер швырял в лицо ледяную крупу. Лава, заметно окрепшая после недавних приключений, только фыркнула презрительно:

«И это всё? Подумаешь, ветерок! Вот помнится ещё жива была…»

'Весь маршрут — больше тысячи километров, — прикинул я расстояние по навигатору. — Два раза как вчера. Справишься?

«Немножко отдохну и справлюсь, — подумав, ответила виверна. — Ты ведь не заставишь меня лететь без посадки?»

«Я что, похож на садиста?» — усмехнулся я.

«Хм… дай-ка подумать! Поезд с сильными одарёнными считается?»

«Туше́, — признал я. — Но тебя же я не обижаю?»

«Не обижаешь, — согласилась Лава. — А печати когда поставишь?»

«Будут тебе печати, будут. Сможешь сутками в небе парить!»

«Хочу!»

ㅤ

На Парамушире нас встретил привычный уже пейзаж — туман, морось и ветер, только теперь ещё сильнее. На возвышенностях лежал мокрый снег. Вулкан, — если я правильно сориентировался по карте, то Эбеко, — угадывался в слабо светящихся красным облаках только по силуэту.

Я сперва подумал, что это солнце так облака подсвечивает. Но потом до меня донёсся приглушённый рокот, и последовавший за ним грохот взрыва, и я понял, что солнце здесь не при чём.

Это было извержение.

«Лава, отдохнуть не хочешь чуть-чуть? Нас не поймут, если мы мимо пролетим!»

«Как скажешь, Охотник!» — повела головой из стороны в сторону.

Приземлились прямо на склоне вулкана. Вон, прямо у подножия — город, и что-то никакой паники, эвакуации и всего такого. Местные жители наблюдали за происходящим, спокойно занимаясь своими делами.