— Нет-нет, тут как раз всё в порядке. Поверили в сказки про демонов и пошли защищать Их Высочеств, Империю, покарать наглых захватчиц, тут кто во что горазд чешет, но да, большинство прикрываются красивыми идеями. Но есть один общий момент. Не догадался?

— Да сдаюсь уже, Василий Фёдорович, сдаюсь, — не выдержал я. — Говорите уже!

— Ты, Чернов. Когда сказал «всем стоять!» — тут граф щёлкнул зажигалкой и смачно затянулся, — все тут же и встали. А кто не смог аккуратно остановиться, тот упал.

Блин, спалился, — вздохнул я про себя. — Довыпендривался.

— Артефакт такой, — пустился я в объяснения. — Действует только на простолюдинов и слабых одарённых.

— Чернов, — шумный выдох, — мы с тобой водку пили?

Я отодвинул телефон от уха и на всякий случай ещё раз посмотрел, кто звонит. Точно Фирсов.

— Пили, — согласился я.

— Ты меня уважаешь? —продолжил парад идиотских вопросов вопросов граф.

— Уважаю, — вздохнул я.

— Ну так и не пи**и мне тогда про свои артефакты, — Фирсов снова щёлкнул зажигалкой. — Я в своём кресле не за красивые глаза, знаешь ли, сижу.

— Охотно верю, — осторожно ответил я.

— Мне насрать, Чернов, как это у тебя получается, — продолжил меж тем граф. — Если все вопросы к тебе начать перечислять — рабочего дня не хватит. Да мне и суток не хватает, не то что рабочего дня. У меня тут кроме этих погромщиков — протокол проверки содержимого серверов и разных ноутбуков Скёрстов. Папка такая, размером с «Войну и мир». Читать не перечитать.

— Что-то нашли? — ухватился я за тему.

— На две тысячи лет каторги всем членам рода, включая ещё неродившихся младенцев, — хмыкнул Фирсов. — В основном — видеоролики экстремистского содержания, включая такие, которые в эфир не вышли. А знаешь, чего не хватает?

— Видео без маски? — сразу догадался я.

— Именно! — довольно воскликнул граф. — Чего только нет! Но уже всё смонтированное, готовое к эфиру. Готовое! — выделил он голосом. — А черновиков нет. Всех вот этих неудачных дублей, когда не вовремя чихнул — этого всего нет.

— Думаете, это не они? — понял я.

— Думаю, что не они, Чернов, — Фирсов в который раз щёлкнул зажигалкой и затянулся. — Вот только есть одна загвоздка. Если бы хоть один начал себя оговаривать, мы бы его быстро на чистую воду вывели. Как раз по тем файлам, которых в эфире не было. Но ни один не признался в содеянном! А значит — могут и виновны быть, просто не признаваться.

— И вы хотите, чтобы я с ними поговорил и выяснил это? — закатил я глаза.

Вот оно. То, чего я опасался. Стоит только государственной машине что-то про тебя узнать, как тут же попытаются это использовать.