И спрыгнул со столика.
Честно говоря, после такой речи я бы не отказался от аплодисментов, но дар Тёмной пока ещё работал, и хлопать людям было категорически нечем.
«Диль, включи гимн, что ли», — попросил я.
— А что здесь происходит? — таращил князь Еловицкий глаза на танцпол. Танцы, которые на нём происходили, были почему-то подозрительно похожи на задержание. Да ещё и разруха кругом. И подруги дочери почему-то опасливо выглядывают из приоткрытой двери в туалет.
— Настя!
— Папа!
Князь протолкался к дочери меж работающих оперативников, осмотрел её с ног до головы и облегчённо выдохнул. Жива и здорова. Ни царапины, только тушь от слёз потекла.
— Всё нормально?
— Да, пап, всё хорошо, — Анастасия Егоровна прильнула к отцу и в последний раз всхлипнула.
И тут оба, — князь и его дочь, — вдруг вспомнили, что на празднике вообще-то присутствуют монаршие особы. И если с ними вдруг что-то случилось, то обоих ждёт чёрно-белое будущее.
Князя и так понятно почему, а вот от Насти в случае чего отвернутся все друзья, и станет она столичным изгоем.
— Ваше Высочество!
— Аня!
Одновременно заоглядывались Еловицкие. И одновременно выдохнули, когда Владимир и Анна спокойно вышли к ним откуда-то из-за спин сотрудников Канцелярии.
— Ваше Высочество, я приношу вам свои искренние извинения… — начал было Еловицкий-старший.
— Не стоит, князь, — улыбнулся Володя. — Вы ни в чём не виноваты. Просто толпа идиотов. Бывает.
— Я не…
— А вы к ним никакого отношения не имеете, — кивнул принц. — И нам об этом прекрасно известно.
Тут Еловицкий окончательно расслабился. А его дочь тем временем прогнала у себя в голове все недавние события и испытала доселе неизвестное ей ощущение.
— Ань, — сказала она, оттащив подругу в сторону. — А можешь ещё разок познакомить меня с Черновым, а? В неформальной обстановке. У меня такое чувство…
Настя вдруг задумалась и покраснела.
— Какое же у тебя чувство? — Анне стало вдруг очень интересно.
— Ты только не смейся, ладно? Пообещай!
— Обещаю не смеяться, — улыбнулась принцесса.
— Он когда вот этим своим голосом сказал «всем стоять, руки поднять», Ань, ты не поверишь! Я тоже остановилась и подняла! И даже мысли не возникло, зачем я это делаю и почему! Боже, какой…
— Так что за чувство-то? — почему-то вдруг резко перестала улыбаться Аня.
— Кажется… о, что я говорю! — Настя закрыла лицо руками. — Кажется, я хочу от него ребёнка!
Кто рано встаёт, тот, сука, всех бесит, — с такой мыслью я проснулся от характерной мелодии на телефоне.
Заигрыш на барабанах, а потом такое з-з-жьиу! на басс-гитаре, и такой тяжёлый рок, что мёртвого поднимет. А если долго не брать трубку, то там чуть дальше и текст песни начинается.