Не без недостатков, конечно. Но я и по своему опыту знал, как трудно бывает уследить за всем в огромной Империи. А Теодору ещё и непрерывно мешали высокопоставленные советнички.
Уверен, что ему только и приходилось, что бесконечно лавировать между интересами всех великих кланов, стараясь при этом не угробить город.
— Садитесь, Теодор, — предложил я ему и сел сам.
Мэр явно ещё не совсем понимал, как себя вести, и с того момента, как задал мне первый вопрос, замер, погрузившись в свои мысли.
Но я вывел его из оцепенения, и, кивнув, он последовал моему совету.
— Я так понимаю, — осторожно начал он, — что мои дни в этом кресле тоже сочтены?
Я удивлённо поднял бровь.
— Почему же? Вам здесь не нравится?
— Нравится, но…
Я жестом его остановил и сказал:
— У меня к вам только один вопрос, Теодор. Готовы ли вы честно и добросовестно и дальше служить на благо этого города и клана Рихтер?
— Города или клана? — переспросил он.
Я улыбнулся. Хороший вопрос. Сразу видно, что за годы, проведённые на одном совете с убравшимися отсюда акулами, которых интересовало только благосостояние их кланов, он научился хорошо разделять эти интересы.
— Клан Рихтер кровно заинтересован в процветании Рихтерберга. Как вы, возможно, знаете, это историческое название столицы, — пояснил я.
Он кивнул и задумался.
— Значит, у города теперь будет только один… сюзерен? И ваши интересы совпадают с интересами Сто… Рихтербега?
Я кивнул. Понятливый малый. Есть шанс, что мы сработаемся.
— Именно так.
— В таком случае я согласен, — решительно ответил он.
— Правильный выбор, — улыбнулся я, — а теперь позовите сюда руководителей всех городских департаментов. Нам предстоит много работы.
Долго ждать не пришлось. Уже в течение получаса в зале для совещаний были все интересующие меня чиновники, а также Линда Астер, которая пришла вместе со мной.
Мы разместились за большим длинным столом. Я и мэр друг напротив друга, а остальные расселись по разным сторонам.
И первым делом я представил остальным своего юриста.
— С этого момента вместо совета кланов вы будете работать именно с ней, — пояснил я, — в моё отсутствие относитесь к её словам с той же серьёзностью, как и к моим.
На лицах присутствующих я уловил недоумение. А представитель финансов, седой мужчина с хмурым лицом, не удержался от комментария:
— Как? Она ведь даже не одарённая.
Его звали Джейсон Андерсон, и сам он был единственным магистром, причём даже не клановым, иначе он бы не мог занимать место в чиновничьем аппарате на своей должности.
На такие места предпочитали брать исключительно нейтральных людей. Я ответил: