Заведение оказалось уютным — деревянные столики, запах свежей выпечки, тихая музыка. Заказав двойной эспрессо, я устроился у окна и наблюдал за неспешной жизнью провинциального городка.
Операция прошла безупречно, никто серьёзно не пострадал, Штайгеры получили хороший урок, а главное кофе принесли быстро, и напиток полностью оправдал мои ожидания.
Так что я просто наслаждался вкусом и ароматом вполне довольный жизнью.
— Макс, — раздался в голове голос Лифэнь, — у нас тут Князь Гюнтер вышел на контакт и настойчиво пытается с тобой связаться. Соединять?
Я неторопливо допил кофе, наслаждаясь последними глотками превосходного эспрессо, когда Лифэнь повторила свой вопрос:
— Макс, Гюнтер настаивает на разговоре. Что скажешь?
Посмотрев на мирно текущую за окном жизнь провинциального городка, я усмехнулся. Забавно. Ещё час назад неподалёку могла произойти настоящая бойня и начаться война между двумя Великими Кланами, но местные жители спокойно занимались своими делами, словно ничего и не происходило.
Впрочем, всё ещё может измениться, если Гюнтер всё-таки решит пойти на эскалацию.
— Соединяй, — ответил я, одновременно создавая вокруг себя сферу непроницаемости.
Прозрачная магическая оболочка окутала мой столик, делая все звуки внутри неё совершенно неслышными для окружающих.
Официантка, проходившая мимо с подносом, даже не заметила момента активации заклинания — для неё я просто продолжал сидеть за столом с пустой чашкой.
Воздух перед моим столиком замерцал, и передом мной появилось голографическое изображение — Гюнтер Штайгер, сидящий в кабине своего голема.
Я усмехнулся. Интересное решение. Это он так хочет продемонстрировать серьёзность своих намерений или просто казаться внушительнее?
Однако выглядел он откровенно взъерошенным. Его обычно хитрые жёлто-карие глаза горели нескрываемой злостью, а лицо приобрело тот самый серьёзный вид, который прибавлял ему лет двадцать и делал похожим на разъярённого кабана.
Ну, вернее сказать, кабанчика, учитывая его габариты.
— Максимилиан, — произнёс он, даже не пытаясь скрыть недовольство.
— Гюнтер, — вежливо ответил я, наблюдая, как он нервно ёрзает на своем сидении. — Какими судьбами? Надеюсь, у тебя всё хорошо?
Судя по его покрасневшему лицу, дела у него были не очень. Даже не представляю, кто бы мог на это повлиять?
— Прекрати изображать из себя невинность! — рявкнул он, размахивая руками. — Ты прекрасно знаешь, зачем я звоню!
Я откинулся в кресле, разглядывая цветочные горшки на подоконнике кафе. Герань цвела пышным цветом — видимо, хозяева заведения умели управляться не только с кофе.