— Немедленно отступаем! — крикнул я, не раздумывая ни секунды.
Арджун был слишком опытным исследователем, чтобы паниковать без веских причин. Если он говорит, что установка взлетит на воздух, значит, так оно и есть.
— Карл, выводи Черепашку из очага! Быстро!
Лич не стал задавать лишних вопросов. Он немедленно отдал нужный приказ, и химера послушно развернулась, возвращаясь к границе аномальной зоны.
Установка на её спине теперь не просто пищала — она буквально выла, словно сирена скорой помощи.
— Уходим! — скомандовал я остальным.
Мы ринулись за Черепашкой, а мини-химеры тут же сгруппировались вокруг нас защитным кольцом.
Правда, это уже почти и не требовалось. Большинство прыгунов всё ещё лежали без сил, а те немногие, что пытались преследовать нас, двигались вяло и неуверенно.
Арджун, несмотря на своё состояние, бежал быстрее всех, подгоняемый адреналином и профессиональным инстинктом самосохранения. Луи поддерживал его под руку.
А вот Елена степенно шла рядом со мной и Октавией, не выпуская из рук детекторы скверны.
Вот уж кто чувствовал себя в очагах, как рыба в воде.
Когда мы пересекли границу заражённой зоны, вой установки резко оборвался. Черепашка остановилась, а дед тут же спрыгнул с её спины.
По какой-то ведомой лишь одному ему причине, он вёл себя так, словно действительно проникся к химере настоящей симпатией.
— Всё, милая, отдыхай, — похлопал он её по панцирю и немедленно принялся за работу.
Пальцы лича порхали над рычагами и кнопками с удивительной ловкостью. Он отключал системы, разъединял соединения, буквально разбирая установку на части прямо на ходу.
— Помогайте! — крикнул он, и учёные тут же сбежались к нему.
Арджун, забыв о своём недомогании, начал откручивать крепления накопителя. Луи и Елена помогали извлекать тяжёлые компоненты. Октавия подавала инструменты.
— Осторожно с батарейками! — предупредил Арджун, когда дед начал вскрывать накопительный отсек. — Они перегружены!
И действительно, когда крышка отсека открылась, оттуда хлынул яркий голубоватый свет. Батарейки — металлические цилиндры размером с кулак — буквально пульсировали энергией. Их поверхность светилась так ярко, что на них было больно смотреть.
— Вот это да, — прошептала Елена. — Я никогда не видела такой концентрации энергии в артефактах.
Дед осторожно извлёк первую батарейку специальными щипцами и поместил её в защитный контейнер.
— Горячая, — констатировал он. — И это ещё мягко сказано.
— Я так и думал, — сказал я, наблюдая за процессом. — Энергии скверны оказалось слишком много для ваших накопителей.